Военная полиция | Эйлин Корвус

[alwnsdie]

Личные данные:

Имя: Эйлин Корвус
Возраст: 17 лет.
Место рождения: укрепрайон Эрмрих, юг стены Сина.
Актуальное место проживания: укрепрайон Трост, стена Роза, юг.
Место службы: Военная полиция, Отряд Следствия и Судебного Исполнения (ОССИ), Младший капрал.
Рост: 171 сантиметр.
Вес: 52 килограмма.
Тип телосложения: Худощавое атлетическое телосложение (сочетание эктоморфа и мезоморфа)
Цвет кожи: Светлый, но на шее и возле ключицы есть несколько маленьких белых пятен - слабое проявление витилиго или гипопигментации, доставшееся от отца.
Цвет глаз: Серебристо-серые, по краям заметен холодный фиолетовый оттенок доставшийся от матери.
Цвет волос: Светло-пшеничный блонд.
Шрамы: Шрам в виде пореза на левой руке расположенный вдоль локтя.
Национальность: Элдийка.
Пол: Женщина
Специализация: следователь, аналитик, травматолог.

Внешность:

Молодая девушка среднего роста со светло-пшеничными волосами, собранными в небрежный низкий хвост. Разделенная по центру челка мягко обрамляет лицо, а серебристо-серые глаза с едва заметными фиолетового оттенка кристаллическими бликами сразу привлекают внимание. Светлая кожа местами покрыта небольшими участками гипопигментации возле ключицы и шеи, которые являются слабым наследием отца. Худощавое, но подтянутое телосложение выдает долгие тренировки. Ее достаточно спокойный взгляд и почти незаметная улыбка напоминают Акву, тогда как уверенная осанка и манера речи явно достались от матери. На службе она всегда носит аккуратную форму военной полиции в карманах которой вместо лишнего оружия лежат карты, блокнот и перевязочные материалы.

Характер:
Эйлин Корвус рассудительная и эмоционально зрелая девушка, привыкшая подчинять чувства разуму. Первое впечатление о ней нередко оказывается обманчивым. Её молчаливость, невозмутимость, вспыльчивость, периодическая агрессия и холодный взгляд создают образ отчужденного человека, однако за этой внешней отстраненностью скрывается глубокая эмпатия и искреннее человеколюбие. Она не склонна к многословию и предпочитает выражать заботу поступками, а не словами. От отца Эйлин унаследовала доброжелательность, любознательность и внутренний гуманизм. Она избегает поспешных суждений, стремясь понять мотивы окружающих прежде, чем вынести вердикт. Даже сталкиваясь с предательством, жестокостью или алчностью, не теряет веры в возможность искупления, хотя доверие возвращает крайне неохотно. Свои переживания она скрывает за едва заметной улыбкой, воспринимая её не как проявление радости, а как привычку. От матери ей достались дисциплина, прагматизм и непоколебимая выдержка. В экстремальных ситуациях Эйлин действует очень аккуратно, но ставит также приоритет на сохранение безопасности товарищей и себя стараясь подавить внутренний страх в себе. Она склонна к перфекционизму, требовательна как к себе, так и к окружающим, уделяет внимание мельчайшим деталям и редко оставляет место случайности. Её чувство юмора проявляется в форме тонкого, сухого сарказма, лишенного злобы, но нередко заставляющего собеседников задуматься. Несмотря на внешнюю стойкость, главной движущей силой Эйлин остаётся страх утраты близких. Именно поэтому она проявляет гиперопеку по отношению к тем, кто ей дорог, зачастую жертвуя собственным благополучием ради их безопасности. Она не ищет признания или славы, руководствуясь прежде всего чувством долга, ответственности и верности своим убеждениям. Её невозможно назвать ни идеалистом, ни циником. Она представляет собой редкое сочетание сострадания и твёрдости характера, благодаря чему остается человеком даже в мире, где человечность давно стала роскошью. Иногда позволяет себе крайне мрачный сарказм и черный юмор. Даже самые колкие фразы она произносит спокойным голосом, из-за чего они звучат еще неприятнее. При определенных обстоятельствах может принять вознаграждение или оказать незаконную услугу, если будет убеждена, что это не причинит вреда невиновным и поможет выполнить более важную задачу.

Сильные стороны:

1. Медицинские навыки. Эйлин длительное время с самого детства изучала медицину и после официально практиковала ту уже будучи на службе, что дает ей значительную уверенность в своей специализации.
2. Отличные навыки стрельбы. Аква обучил свою дочь стрельбе с вооружения армии, начиная с пистоля, заканчивая мушкета. Меткость Эйлин отлично передалась также от отца, ведь его советы ей всегда помогают. (+15roll)
3. Интеллект. Даже в самых трудных ситуациях ищет решения, отличная память позволяет ей “переваривать” тяжелые задачи. (+10roll)
4. Интуиция. Интуиция это то, на что часто опирается Эйлин, если решение задачи не подлежит обычному решению.
5. Ловкость. Благодаря среднему телосложению и достаточно высокой мобильности обладает преимуществом в ловкости. (+10roll)

Слабые стороны:

1. Низкий вес и слабое телосложение. От рождения не имела какой либо высокий рост, а самый стандартный средний рост. По весу же имеет наоборот недовес и даже учитывая достаточно атлетическое телосложение это не дает ей физического превосходства, а скорее ловкости. (-9roll)
2. Рукопашные бои. В рукопашном бое Эйлин практически бесполезна. Она имеет обычную армейскую подготовку, но в ней никогда почти не имела особых успехов. Даже в случае рукопашного боя она попытается избежать его и выиграть преимущество благодаря ловкости и наличию оружия. (-8roll)
3. Гиперопека. Страх потерять близких формирует у неё стремление постоянно контролировать их безопасность. Из-за этого Эйлин нередко вмешивается в решения товарищей, ограничивая их самостоятельность. Несмотря на благие намерения, подобное поведение может восприниматься как недоверие или излишняя навязчивость. (-7roll)
4. Чрезмерная ответственность. Эйлин склонна брать на себя ответственность не только за собственные действия, но и за благополучие окружающих. В случае неудачи она прежде всего винит себя, даже если объективно не могла повлиять на исход событий. Подобная особенность постепенно приводит к эмоциональному истощению и затрудняет принятие решений в условиях постоянного психологического давления.
5. Перфекцонизм. Эйлин предъявляет чрезвычайно высокие требования как к себе, так и к окружающим. Стремление исключить любую вероятность ошибки заставляет её уделять чрезмерное внимание деталям и затрачивать больше времени на подготовку, чем того требуют обстоятельства. В условиях ограниченного времени подобная склонность может привести к потере инициативы или упущению благоприятного момента.

Цель жизни:
Стать следователем, которому доверяют не из-за звания, а благодаря его принципам, и сделать всё возможное, чтобы невиновные не страдали из-за чужой жестокости, халатности или коррупции.Она убеждена, что одно честно проведенное расследование способно спасти больше людей, чем десятки бессмысленных подвигов.

Страхи:

1. Потерять близких
   Главный страх Эйлин.
   Каждая потеря воспринимается ею как собственная неудача. Именно поэтому она старается постоянно знать, где находятся дорогие ей люди, как они себя чувствуют и не грозит ли им опасность.

2. Ошибиться в расследовании
   Эйлин боится обвинить невиновного или упустить настоящего преступника.
   Любая ошибка в работе для неё означает разрушенную человеческую судьбу.
   Поэтому она перепроверяет информацию несколько раз и редко делает поспешные выводы.

3. Стать похожей на тех, кого ненавидит
   С каждым годом службы Эйлин всё сильнее замечает, что испытывает всё меньше сочувствия к преступникам, особенно к убийцам, насильникам и террористам.
   Она понимает, что начинает получать внутреннее удовлетворение, причиняя боль людям, сознательно причиняющим страдания другим.
   Она боится однажды переступить ту грань, после которой месть заменит справедливость.

4. Потерять контроль над собой
   Несмотря на внешнее спокойствие, Эйлин знает, что сильный стресс способен заставить её действовать слишком жёстко.
   Поэтому она постоянно контролирует собственные эмоции, стараясь никогда не принимать решений в состоянии гнева.

5. Предать собственные принципы
   Она боится оказаться человеком, который однажды закроет глаза на ложь, коррупцию или несправедливость только ради собственного спокойствия или выгоды.

      **История персонажа, Глава I Рождение.**
   

Утром 12 июля 833-го года на улицах окунулось в маленькую дымку, улицы Эрмриха еще спали и только лишь начали просыпаться первые люди собирающиеся на работу как на улице прозвучал громкий скачок лошади и повозки. На всех парах эта повозка летела в дом Людовика, проживающего относительно не далеко. Ветер плотно накрывал буквально летящую повозку характерным легким свистом. Аква топил как никогда, объезжал все возможные препятствия и старался сократить путь проезжая по коротким дорогам по дворам. Пока отец топил как никогда в повозке покрытой плотной тканью лежала уже во всю кричащая Эрдия, которая уже чуть ли не рожала прямо в повозке. Уже чуть ли не у дома Людовика на повороте повозка от такой скорости почти перевернулась на бок, благо удалось удержать баланс и доехать до столь необходимого дома, на что лишь Эрдия очень недовольно произнесла:

— АККУРАТНЕЕ ЕДЬ, ПАПАНЯ ХРЕНОВ! — произнесла недовольная жена

Домчавшись до желаемого дома Аква шустро слез с коня и приподнял брезент, после чего осмотрев Эрдию направился к двери в которую уже начал активно стучать.

— Дедуль, открывай, дело то срочное!

Звучали громкие стуки, а после резко открыл дверь еще сонный Людовик.

— Чего? Уже роды что ли!?

— Как видишь, давай заносить скорее!

Вслед за этим коротким диалогом Людовик вместе с Аквой аккуратно вытащили Эрдию из повозки и после отнесли ее в дом к подходящей кровати где и начались роды. Эрдия как только легла стала неистово кричать, вздрагивать и всячески изворачиваться от невыносимой адской боли. Час за часом ситуация родов не сильно менялась и менялось лишь состояние Эрдии которая с каждым десятком минут ухудшалось, кожа бледнела, вся она была покрыта потом. Волосы сплетенные в аккуратный хвост вовсе уже расплелись и вовсю небрежно валялись на кровати. Тяжелые выдохи сопровождались кромешной тишиной и волнением окружающих. Аква мельтшился наблюдая за родами, надеясь на лучший исход и мог лишь морально поддерживать жену. В этой тишине вдруг Людовик радостно произнес:

— Макушку вижу уже! Терпи, уже скоро!

Эрдию это чуть замотивировало, что заставило ее больше поднатужиться.

— Тужься, тужься, совсем немного!

Понемногу стала виднеться голова малыша, а следом и черты лица.
На этапе потуга когда уже понемному начал виднеться торс, а после и таз малыша, в конце концов сопровождаясь громким криком малыша успешно закончились роды.

— Роды окончены, ты большая молодец!

Вслед за своими словами Людовик протянул малыша Эрдии. Серебристо-серые глаза малыша с некими едва видными фиолетовыми бликами на солнце приветствовали мать. Эрдия полная от радости преподнесла ребенка к себе и принялась держать на руках, попутно тяжело дыша от таких родов. Когда прошла минута тишины где мать была наедине с ребенком Эрдия протянула ребенка Акве с одним вопросом:

— Как мы назовем нашу чудесную дочь?

Аква глубоко задумался держа в руках свою дочь и смотря в ее прекрасные глаза.

— Назовем её Эйлин. Как считаешь?

— В честь моей подруги что ли? Конечно давай.

В комнате уже нависла радость всех присутствующих и в частности Людовика. Он глубоко задумался и вспомнил детство Аквы и наконец понял что не зря в тот день взял его под свое крыло. Аква поблагодарил деда за принятые роды и крепко обнял в знак уважения.

Глава II. Первый год жизни

Первый год жизни Эйлин прошёл в спокойной семейной атмосфере. Как и большинство детей, первые месяцы она много спала, постепенно училась различать лица родителей, реагировать на их голоса и окружающие звуки. Со временем окрепли мышцы шеи, она начала переворачиваться, сидеть, ползать, делать первые попытки вставать, а ближе к своему первому дню рождения произнесла первые слоги и самостоятельно сделала несколько шагов навстречу отцу.

— Ну что, солдат... как сегодня несла службу?
Стоило Эйлин оказаться у него на руках, как она почти сразу успокаивалась.
Практически ежедневно семью навещал Людовик. Он следил за здоровьем внучки, помогал Эрдии советами и приучил молодых родителей записывать изменения роста, веса и общего состояния ребёнка. Эта простая привычка впоследствии сформировала у Эйлин любовь к наблюдательности и вниманию к деталям.
В первые месяцы жизни девочку впервые увидела Эйлин — близкая подруга Эрдии, в честь которой она получила своё имя. В подарок она принесла небольшое шерстяное одеяло, вышитое собственными руками.

В один из осенних вечеров Астрид вновь ненадолго зашёл в дом Корвусов. Он держался спокойно, даже неловко, стараясь не задерживаться слишком долго. Когда Эйлин уснула, а гость вышел во двор, Эрдия тихо спросила:
— Ты всё ещё ему не доверяешь?
Аква некоторое время молчал, возможно не желая отвечать.
— Я хочу верить, что он меняется, Но прошлое не исчезает только потому, что человек перестал о нём говорить.
— На службе я каждый день вижу людей, которые обещают исправиться, Кто-то берёт деньги, кто-то закрывает глаза на чужие дела, кто-то делает вид, что ничего не произошло. Я не хочу, чтобы рядом с нашей семьёй снова появились такие тени.
— Пусть она лучше растёт с пониманием, что честь это не то, о чём говорят. Это то, что делают, когда никто не смотрит.

Глава III. Рождение Энди.

Весной 835 года семья Корвус вновь пополнилась. На свет появился второй ребёнок — мальчик, которого родители назвали Эндрю Корвус.
Рождение сына стало для семьи большой радостью, однако вместе с ней пришли и новые трудности. Аква продолжал службу в Военной полиции, всё чаще задерживаясь на работе, а Эрдия оказалась одна сразу с двумя маленькими детьми. Двухлетняя Эйлин требовала постоянного внимания, младенец нуждался в круглосуточном уходе, а помощи Людовика, несмотря на все его старания, уже не всегда хватало.
Именно тогда с неожиданным предложением выступили родственники Эрдии из рода Китцспаско, проживающие на севере стены Сина в укрепрайоне Орвуд. Семья давно не имела собственных детей и предложила взять на себя воспитание Эндрю, пока тот не подрастет. После долгих семейных разговоров стало понятно, что север сможет дать мальчику спокойное детство, постоянный присмотр и полноценную заботу, которой родители в силу обстоятельств временно обеспечить не могли.
Это решение далось особенно тяжело Эрдии. Несколько дней она не могла согласиться с подобной мыслью, однако понимала, что делает выбор не между собой и сыном, а между собственными чувствами и его благополучием. Аква поддержал супругу, пообещав, что расстояние никогда не сделает их чужими.
Через несколько недель Энди вместе с родственниками отправился на север. Несмотря на разлуку, он оставался полноправным членом семьи Корвус. Родители регулярно обменивались письмами с родом Китцспаско, навещали сына при первой возможности, а во время крупных семейных праздников мальчик вместе с приёмной семьёй нередко приезжал в Эрмрих. Также его привозили пару раз в месяц просто погостить.
Эйлин, несмотря на свой юный возраст, долго не понимала, почему младший брат больше не живёт рядом с ней. Каждый раз перед поездкой родителей на север она обязательно просила передать ему небольшой подарок: деревянную игрушку, рисунок или найденный красивый камешек. Для неё Энди никогда не переставал быть частью семьи, даже если между ними лежали сотни километров.
Со временем разлука стала привычной частью жизни семьи Корвус. Эйлин взрослела в Эрмрихе рядом с родителями, а Эндрю рос среди северных лесов в окружении рода Китцспаско.

[alwnsdie]

Глава IV. Детство(1–6 лет)

Первый год жизни остался позади. Маленькая Эйлин уже уверенно ходила, все чаще пыталась говорить и с каждым днем открывала для себя окружающий мир. Если раньше её жизнь ограничивалась родительским домом, то теперь любая новая вещь становилась предметом долгого изучения. Любознательность, доставшаяся от Аквы, постепенно начинала сочетаться с аккуратностью и наблюдательностью Эрдии, формируя тот характер, который спустя годы станет одной из главных черт девушки. Пока Эрдия восстанавливалась после тяжелых родов и почти всё время проводила с дочерью, Аква продолжал службу. Однако каждый вечер, возвращаясь домой, он первым делом подходил к колыбели.
Эйлин росла удивительно спокойным ребенком. Она редко устраивала истерики без причины и почти никогда не плакала, если рядом находились родители. Согласно возрастным особенностям, она уверенно ходила без поддержки, училась бегать, самостоятельно брала ложку и постепенно пыталась есть без посторонней помощи. Конечно, большая часть еды неизбежно оказывалась на столе, одежде и полу, однако Эрдия никогда не ругала дочь за подобные неудачи.
— Пока она учится ошибки неизбежны.

— Главное, чтобы не боялась пробовать снова, — говорила она Акве, вытирая очередную ложку каши с пола.
Словарный запас девочки постепенно увеличивался. Помимо привычных “мама” и “папа”, появились простые слова: “деда”, “дай”, “нет”, “кот”, “дом”. Иногда она соединяла два слова в короткие фразы, вызывая улыбки всей семьи.
После службы Аква почти всегда находил силы провести вечер с дочерью. Несмотря на усталость после дежурств, он неизменно снимал форму, переодевался и садился играть с ней прямо на полу.
Из деревянных кубиков они вместе строили небольшие крепости, башни и стены. Когда постройка была закончена, Эйлин с громким смехом неизменно разрушала её одним движением руки.
— Значит, разведка проиграла — отвечал Аква.
— Еще! — уверенно отвечала дочь.
И они строили всё заново.
Эйлин могла сидеть над игрушкой по полчаса, пока та наконец не надоедала.
К двум годам речь девочки стала значительно увереннее. Она уже могла строить простые предложения из трех-четырех слов, задавала бесконечные вопросы и проявляла интерес буквально ко всему.
—Кто?
— Что?
— Где мама?
— Кто там??
Иногда Аква смеялся:
— Когда-нибудь ты задашь вопрос, на который я не смогу ответить.
Одним из самых необычных гостей оставался Юки Китцспаско.
Каждый его визит сопровождался чем-то новым. Он приносил старые сломанные часы, деревянные шкатулки с простыми механизмами, дверные замки или небольшие музыкальные игрушки.
Разумеется, всё это заранее было разобрано и обезопасено.
Юки осторожно показывал детали Эйлин.
— Видишь? Если убрать вот эту шестерёнку, всё остановится.
Эйлин внимательно следила за каждым движением.
— Зачем?
— Тогда снова все заработает.
Иногда Юки специально ошибался, чтобы посмотреть, заметит ли это девочка.
И к его удивлению, замечала.
— Не туда...
— Ой... точно...
Юки смущенно чесал затылок наблюдая за картиной.
— Кажется, скоро ты будешь умнее меня!
Все присутствующие лишь тихо улыбались.
К этому возрасту Эйлин уже уверенно бегала, поднималась по лестнице с поддержкой взрослых, самостоятельно листала книги и могла достаточно долго заниматься одним делом.
Аква начал брать дочь на прогулки по Эрмриху, показывая красоты местных земель.
Они подолгу наблюдали за ремесленниками, кузнецами, плотниками и торговцами.
— Каждый человек полезен по-своему, — объяснял он.

— Даже если его работа кажется незаметной.
Возвращаясь домой, Эйлин долго рассказывала матери обо всём увиденном.
Иногда она пыталась повторять движения кузнеца деревянной палочкой, представляя, что кует настоящий меч.
Иногда строила маленькие лавки из кубиков и изображала продавца.
Каждая прогулка превращалась для неё в игру.
Примерно в это же время неожиданно участились визиты Астрида.
Мужчина по-прежнему оставался холодным и сдержанным, но постепенно учился быть частью семьи.
Он редко говорил о прошлом и своей личной жизни. Но тем не менее старался проявлять заботу по отношению к внучке и иногда приносил ей подарки.
Эрдия всё чаще позволяла дочери наблюдать за домашней медициной.
Разумеется, никаких сложных процедур.
Лишь самые простые вещи.
Как правильно мыть руки.
Почему нужно кипятить воду.
Для чего накладывают чистую ткань на рану.
Как нельзя трогать грязными руками порезы.
Эйлин запоминала удивительно быстро.
Однажды, увидев, как Аква случайно поцарапал ладонь во время работы по дому, девочка молча убежала на кухню.
Через минуту вернулась с чистым куском ткани.
— Перевязать.
Эрдия и Аква переглянулись.
— Кажется... уроки проходят не зря.

К своему третьему дню рождения Эйлин уже уверенно разговаривала предложениями в 3-5 слов, знала названия большинства предметов в доме, различала основные цвета, считала до десяти и запоминала небольшие рассказы, которые читали ей родители.
Однако сильнее всего взрослых поражало вовсе не это.
Эйлин очень тонко чувствовала чужие эмоции.
Если кто-то в доме грустил, она замечала это почти сразу.
После особенно тяжелых смен Аква иногда молча сидел возле окна.
Он никогда не рассказывал семье обо всём, что происходило на службе.
Но дочь словно чувствовала его настроение.
Она молча подходила, забиралась к нему на колени и крепко обнимала.
— Папа ты устал?
— Немного, трудный день.
— Тогда отдыхай, не буду мешать.
После чего просто сидела рядом, не задавая лишних вопросов.
Эрдия однажды тихо сказала:
— Иногда мне кажется, что она понимает людей лучше, чем многие взрослые.
Аква лишь одобрительно кивнул.

— Нет... Она просто научилась внимательно смотреть.
К этому времени каждый человек из окружения уже незаметно оставил след в воспитании девочки.
От Аквы она переняла искреннее уважение к людям и стремление видеть в каждом прежде всего человека.
Эрдия научила её, что знания никогда не бывают лишними, а любую работу следует выполнять добросовестно.
Именно в эти три года завершилось настоящее раннее детство Эйлин. Впереди её ждал новый этап жизни. Годы, когда любопытство постепенно начнёт превращаться в знания, а семейные разговоры в первые осознанные жизненные уроки.
К четырем годам Эйлин уже нельзя было назвать маленьким ребенком. Она уверенно разговаривала, без труда выражала свои мысли, задавала вопросы, которые порой ставили взрослых в тупик, и с искренним интересом изучала всё, что происходило вокруг. Дом семьи Корвус постепенно превратился в место, где почти никогда не бывало тихо. Кто-то приходил проведать семью, кто-то заглядывал за советом к Акве кто-то просто хотел провести вечер в теплой компании.
Для самой Эйлин это казалось совершенно естественным. Она росла среди людей самых разных характеров, профессий и судеб, даже не подозревая, насколько сильно это повлияет на её будущее.
День в доме Корвус начинался рано.
Пока Аква собирался на службу, Эрдия уже хлопотала по хозяйству. Эйлин, просыпаясь вслед за родителями, первым делом подбегала к отцу и хваталась за его ногу.
— Уже уходишь?
Аква присаживался перед дочерью и поправлял ей растрепавшиеся волосы.
— Да. Но вечером обязательно вернусь.
— Обещаешь?
— Конечно обещаю. Куплю тебе что нибудь вкусного на обратном пути.
Эти несколько секунд перед уходом стали для них своеобразным семейным ритуалом. Какой бы тяжелой ни предстояла смена, Аква никогда не уходил, не попрощавшись с дочерью.
Эрдия же посвящала большую часть дня воспитанию ребенка. Она никогда не стремилась сделать из Эйлин идеальную дочь, но последовательно учила её самостоятельности и тому что сама знает.
Под её руководством девочка училась застилать свою небольшую кровать, складывать одежду, мыть после себя посуду и поддерживать порядок в комнате.
— Чистота это уважение к труду того, кто живет рядом. — часто повторяла Эрдия.

Эйлин редко справлялась идеально, но мать никогда не переделывала работу молча. Вместо этого они вместе исправляли ошибки.
Так девочка быстро перестала бояться ошибаться и пробовала вновь.
Почти каждую неделю в гости приходила Эйлин Корвус — близкая подруга Эрдии, в честь которой девочка получила свое имя.
Повзрослевшая Эйлин уже понимала значение этого совпадения.
— Мам, а почему меня назвали так?
— Потому что я хотела, чтобы рядом с тобой всегда жило воспоминание о хорошем человеке.
Подруга семьи приносила книги, простые настольные игры и нередко читала девочке сказки, однако после каждого рассказа обязательно задавала вопросы.
— Почему герой поступил именно так? Ты как считаешь?
— Можно ли было решить всё иначе?
— А как бы поступила ты?
Она никогда не говорила, какой ответ правильный.
Это постепенно научило Эйлин смотреть на любую историю с разных сторон.
Когда Эйлин исполнилось четыре с половиной года, Эрдия решила начать знакомить дочь с медициной более осознанно.
Разумеется, никаких сложных процедур. “Принеси-подай”, простые задачи.
Сначала Эрдия показывала лекарственные травы.
— Это ромашка. Она помогает снять воспаление.
— Это календула. Из нее делают хорошие отвары.
— А это лучше даже не трогать. Некоторые растения лечат, а некоторые могут навредить.
Эйлин начала учить различать многие травы по запаху и форме листьев. Периодически она ошибалась, но со временем результат становился лучше.
Позже мать стала показывать, как правильно мыть небольшие порезы, зачем используют чистую ткань при перевязке и почему грязные руки могут быть опаснее самой раны.
Однажды Аква вернулся домой с неглубокой царапиной на предплечье.
Прежде чем он успел снять жакетку, дочь уже стояла рядом.
— Садись!
— Это приказ?
— Да!
Аква театрально поднял руки.
— Есть, госпожа лекарь. — сказал Аква слегка улыбаясь.
Под внимательным взглядом Эрдии девочка аккуратно промыла рану теплой водой, осторожно обработала её и наложила первую в своей жизни настоящую повязку.
Она получилась слегка кривой, не правильно наложенной, слабо затянутой, но тем не менее это была первая повязка.
Эйлин впервые почувствовала, насколько важно помогать другим.
Каждый вечер после службы Аква неизменно находил время для семьи.
Во время ужина Эйлин всегда садилась рядом с ним.
— Что сегодня было? — спрашивала дочь
Аква никогда не рассказывал обо всём.
Он сознательно обходил стороной кровь, гибель людей и жестокость службы.
К пяти годам дом окончательно стал местом, где постоянно собирались родственники.
Аква приносил свежие медицинские книги и обсуждал с Эрдией новые способы лечения.

Одним из самых ярких воспоминаний детства для Эйлин стали поездки в поместье семьи де Монклер, которые однажды пригласили Корвусов погостить у себя. Для девочки, большую часть времени проводившей в спокойном Эрмрихе, подобное путешествие казалось настоящим событием.
Поместье производило сильное впечатление своими просторными садами, аккуратными дорожками и многочисленными клумбами, за которыми ежедневно ухаживали садовники. Однако больше всего внимание Эйлин привлекал огромный многовековой дуб, возвышавшийся посреди широкого зеленого поля. Его раскидистая крона давала прохладную тень даже в самые жаркие дни, а толстый ствол был настолько широким, что четверо детей с трудом могли обхватить его, взявшись за руки.
Именно под этим деревом Эйлин познакомилась с Эларой — дочерью бывшего командора Военной полиции. Несмотря на различия в характерах, девочки быстро нашли общий язык. Не менее крепкая дружба завязалась и с детьми Лиси де Монклер — Клэр и её старшим братом Реми. Со временем эти встречи стали доброй традицией. Каждый приезд в поместье неизменно заканчивался тем, что все четверо собирались под старым дубом, где часами обсуждали самые разные детские мелочи. Их разговоры редко касались чего-то серьёзного. Они гадали, почему взрослые постоянно выглядят такими важными, спорили, у кого форма красивее, придумывали собственные игры и строили наивные планы о том, кем станут, когда вырастут.
Эти беззаботные встречи постепенно превратили обычное знакомство в крепкую дружбу, которая сохранилась на долгие годы. Каждый раз, когда семья вновь отправлялась в поместье де Монклер, Эйлин искренне радовалась предстоящей поездке. Для неё это место стало символом спокойного детства, где не существовало тревог, службы и тяжёлых решений, ожидавших её в будущем.
Юки Китцспаско по-прежнему приходил редко, но каждый его визит превращался в настоящее приключение.
Однажды он принес старые настенные часы которые давным давно перестали работать.
Разложив детали на столе, он обратился к девочке:
— Хочешь узнать, почему время остановилось?

Юки пытался объяснить Эйлин механизм часов, периодически разбирая и собирая их.
Иногда сам начинал смеяться над собственными объяснениями.
Когда часы наконец снова начали тихо тикать, девочка захлопала в ладоши.
— Они живые!
— Нет, — улыбнулся Юки.

— Просто у каждой вещи есть сердце. Нужно только понять, как оно работает.
Любой механизм вызывал у неё желание понять, что находится внутри.
Из всех родственников именно отношения с Астридом менялись медленнее всего.
Он редко проявлял любые чувства, эмоции. Постоянно молчал либо сидел где нибудь один.
И почти никогда не рассказывал о себе и своем прошлом.
Но однажды вечером Эйлин застала его во дворе за тем, как тот точил старый нож.
— Дедушка?
Астрид поднял взгляд.
— Да? Что такое?
— Ты умеешь делать всё?
Он усмехнулся, чуть ли подавившись.
— Нет конечно, не все.
— А что тогда самое трудное?
Мужчина долго молчал, размышляя про что-то свое.

— Признать, что был не прав.
Эйлин задумалась смотря в изумрудные глаза деда.

— Но ты же теперь хороший?
Астрид медленно кивнул.
— Очень стараюсь в частности для тебя.
После этих слов девочка неожиданно подошла и крепко обняла его.
Сначала мужчина даже не понял, что произошло, а затем осторожно положил ладонь ей на голову.
Это был первый раз, когда кто-либо из семьи увидел, как холодный и вспыльчивый человек не смог скрыть собственных эмоций.
К шести годам девочка уже умела читать простые детские книги, уверенно писала своё имя и некоторые слова, считала значительно дальше десяти и с интересом изучала всё, что попадалось ей под руку.
Она всё чаще помогала матери готовить отвары, знала назначение большинства домашних инструментов, могла самостоятельно заменить порвавшуюся повязку и практически безошибочно отличала большинство лекарственных трав, которые выращивались возле дома.
Однажды вечером, сидя рядом с Аквой после очередной прогулки, она неожиданно спросила:
— Папа..
— Да?
— Чтобы защищать людей как ты... обязательно быть сильным?
Аква ненадолго задумался, смотря в глаза дочери.
— Сильные руки помогают не всегда.
— Тогда что важнее?
Он положил ладонь ей на голову и слегка погладил.
— Доброе сердце, холодная голова и конечно же улыбка!

— А в чем настоящая сила?

— Сила в правде. — ответил Аква.
Эйлин молча посмотрела на вечернее небо. Вероятнее всего она даже не поняла почему сила в правде в угоду столь юного возраста, но запомнила этот разговор на долго.
Она ещё не понимала, кем станет в будущем. Солдатом, медиком, обычным рабочим либо кем иным.
Но именно в этот момент внутри неё впервые зародилось желание однажды научиться защищать других так же, как это делали люди, которых она любила больше всего.

Находясь в возрасте 6-ти лет Эйлин все чаще увлекалась армейской тематикой периодически спрашивая у родителей о службе.

— Пап, а у вас в Военной полиции как служба идет? Все ли хорошо? Что вы там вообще делаете?

— Конечно все хорошо, служу. А что делаем? Просто документы там делаем, тренировки, все дела. Плохих людей тоже наказываем по закону
.
— А как вы их наказываете?

— В тюрьму сажаем конечно, либо на работы отправляем.

Аква всегда скрывал настоящую работу в ВП, не желая чтобы его дочь в столь юном возрасте узнала ужасы работы.

— Ааа, понятненько. — ответила дочь.

Аква вновь встал винить себя, подумав что сказал что-то не то, но не стал публично это показывать просто промолчав и проводив дочь взглядом.

Эйлин поговорив с отцом шустро убежала и решила завязать диалог уже с матерью, которая отдыхала у себя.

— Мам, мам, а правда что у вас в разведке так страшно? Ты ведь служила, а на вылазке ездила?

— Страшно конечно, но мне всегда помогали преодолевать мои страхи карты. Да, простые карты. Я с юного детства училась в них играть.

— Карточки? Это которые у тебя на столе?

— Они самые! Хочешь научу тебя играть в них?

— А давай! - радостно отвечала дочь.

Эрдия принялась объяснять Эйлин что такое карты, их значение и даже показывать самые простые фокусы.

— Знаешь, дочь, в карточки обычно играют на деньги, это так сказать некий азарт. Проиграешь — уйдешь ни с чем, выиграешь — со всем.

Эйлин очень понравились красивые карты мамы, после чего она и сама принялась учиться играть в них с мамой, которая конечно же поддавалась чтобы подарить эмоции своему ребенку.

Глава V. Мысли о службе
Годы шли незаметно. Детская непосредственность постепенно уступала место осознанному интересу ко всему, что происходило вокруг. Эйлин всё чаще ловила себя на мысли, что ей недостаточно просто знать название вещи ей хотелось понимать, почему она существует, как работает и какую пользу может принести людям.
Эрмрих давно перестал быть для неё просто местом, где стоял родной дом. Каждая улица, каждый переулок и каждый каменный дом постепенно складывались в единую картину большого живого укрепрайона. Здесь росли дети, работали ремесленники, возвращались со службы солдаты, смеялись семьи и иногда звучали тревожные колокола. Всё это становилось частью её собственного мира.
Аква всё чаще замечал, что дочь подолгу наблюдает за военными, проходящими по главным улицам города.
Она никогда не смотрела на них с восторгом.
Скорее... с любопытством.
— Папа.
— Ммм?
— Почему они всегда идут так ровно?
Аква улыбнулся.
— Потому что дисциплина начинается с самых простых вещей. Если человек научился держать строй, однажды он сможет удержать и своих товарищей.
Эйлин задумчиво посмотрела вслед уходящему патрулю.
— Значит... это тоже забота?
Отец ненадолго замолчал.
— Можно и так сказать.
Несмотря на службу, Аква продолжал выполнять данное когда-то обещание и каждый свободный день проводить вместе с дочерью.
Однажды ранним утром они отправились далеко за пределы жилых кварталов, к старому стрельбищу гарнизона, которым почти никто не пользовался.
Солнце только начинало подниматься над стеной Сина, а влажная трава ещё не успела высохнуть после ночной росы.
На деревянной стойке уже стояли несколько небольших мишеней.
Аква положил рядом учебный деревянный мушкет уменьшенного размера.
— Сегодня начнём учиться стрельбе.
Эйлин внимательно посмотрела сначала на оружие, затем на отца.
— Настоящий?
— Нет. Пока только учебный. Настоящее оружие сначала нужно заслужить.
Он помог ей правильно поставить ноги и положение рук с плечами.
— Никогда не стреляй, если не уверена, куда полетит пуля.
— Никогда не держи палец на спуске без необходимости.
После этого осторожно направил ствол на мишень.
— И самое главное...
Он посмотрел дочери прямо в глаза.
— Оружие существует не для того, чтобы отнимать жизнь. Оно нужно, чтобы защитить её.

После своих слов Аква снял со спины уже боевой мушкет, зарядил тот и придерживая в руках дал Эйлин, контролируя каждое движение.
Вновь поправив положение оружия и плеч дочери дал команду на выстрел.
Первый выстрел оказался совсем неточным.
Пуля ушла далеко в сторону за мишень.
Второй оказался чуть лучше, но также не попал.
Третий попал в край деревянного щита.
Она широко улыбнулась.
— Получилось!
Аква усмехнулся.
— Не получилось.
— Почему?
— Получится тогда, когда ты перестанешь радоваться попаданию и начнёшь думать, почему промахнулась.
Эти слова Эйлин запомнила на всю жизнь.
С тех пор стрельбище стало для них привычным местом.
Раз в несколько недель отец приносил разные учебные мишени.
Иногда это были обычные круги, иногда стеклянные бутылки либо фигурки.
Аква никогда не заставлял дочь стрелять быстро, а скорее наоборот.
Если видел, что она торопится, просто говорил:
— Опусти оружие. Вдох. Выдох. Цельсь. Выстрел!
Постепенно Эйлин поняла, что хорошая стрельба начинается вовсе не с рук.
Она начинается со спокойной головы.
Не меньше времени они проводили и на улицах Эрмриха.
Аква специально выбирал разные маршруты.

Прогуливались по местным рынкам забитыми людьми, центральной зеленой площади усеянной в деревья, местный военный штаб и прочие улицы города.
— Запоминай город, — однажды сказал отец.
— Зачем?
— Потому что защищать можно только то место, которое хорошо знаешь.
С тех пор их обычные прогулки по Эрмриху постепенно превратились в своеобразные уроки. Для Эйлин город перестал быть просто местом, где она жила. С каждым новым выходом отец открывал его совершенно с другой стороны.
Аква показывал дочери расположение складов с продовольствием и снаряжением, объясняя, почему их всегда тщательно охраняют. Рассказывал, где находятся колодцы и почему во время осады именно они становятся одним из важнейших объектов города. Проводил её по узким переулкам, которые позволяли быстрее добраться до ворот или избежать многолюдных улиц, а также показывал площади, где в случае тревоги собирались мирные жители.
Однако больше всего времени он уделял не зданиям и не улицам.
— Запомни, Эйлин, город — это не стены и не дома. Город — это люди.
После этих слов он начал рассказывать ей о жителях Эрмриха. Кто из них был кузнецом, кто держал пекарню, кто лечил людей, а кто уже много лет честно служил в армии. Он объяснял, что каждый человек играет свою роль, и именно благодаря этому город продолжает жить даже в самые тяжёлые времена.
Эти прогулки научили Эйлин смотреть на окружающий мир иначе. Со временем она начала запоминать не только расположение улиц и зданий, но и лица людей, их привычки, род занятий и даже особенности поведения. Тогда она ещё не понимала, что именно эта наблюдательность спустя годы станет одним из самых ценных качеств в работе следователя.
— Вон тот кузнец когда-то бесплатно чинил снаряжение новобранцам.
— А эта женщина каждый день приносит еду солдатам, хотя никто её не просит.
— Видишь мальчишек?
— Через несколько лет кто-то из них тоже наденет форму.
Постепенно она переставала видеть просто дома.
Теперь она видела целый организм, в котором каждый человек занимал свое место.

Дома Эйлин ожидало совсем другое обучение. Если прогулки с Аквой учили её понимать город и людей, то занятия с матерью постепенно открывали перед ней мир медицины.
Со временем простые уроки по наложению повязок сменились более серьезными занятиями. На кухонном столе всё чаще появлялись старые медицинские записи Людовика, книги по врачеванию, небольшие мешочки с засушенными травами и самодельные рисунки человеческого тела. Эрдия никогда не заставляла дочь бездумно заучивать материал. Вместо этого она учила её наблюдать, сравнивать и делать собственные выводы.
— Хороший лекарь сначала внимательно смотрит, а уже потом принимает решение.
Под её руководством Эйлин училась различать лекарственные растения не только по внешнему виду, но и по запаху, форме листьев, текстуре и даже месту, где они обычно росли. Позже мать начала знакомить дочь с основами анатомии: рисовала простые схемы человеческого тела, показывала расположение крупных костей, рассказывала о строении суставов и объясняла, почему даже обычная повязка, наложенная неправильно, способна принести человеку больше вреда, чем пользы.
— Запомни, Эйлин. Иногда неправильная помощь опаснее её отсутствия.
Эти слова девочка запомнила на всю жизнь.
Не оставался в стороне и Аква. Видя неподдельный интерес дочери к медицине, он нередко помогал ей закреплять полученные знания на практике. Конечно, ничего сложного он не поручал. Эйлин раскладывала медицинские инструменты, меняла чистые бинты, приносила отвары, помогала поддерживать порядок и записывала простые наблюдения за состоянием пациентов, пока отец объяснял ей, почему обращает внимание именно на те или иные симптомы.
Однажды, желая проверить её внимательность, Аква специально поставил на стол несколько одинаковых стеклянных бутылочек с настоями различных трав.
— Попробуй определить, где настой ромашки.
Эйлин не стала гадать. Она поочерёдно осмотрела каждую бутылочку, осторожно открыла пробки, сравнила запах и лишь после этого уверенно указала на нужную.
Аква довольно улыбнулся.
— Молодец. Настоящий лекарь доверяет не только глазам. Он учится использовать все чувства сразу.
С каждым подобным занятием Эйлин всё лучше понимала, что медицина требует не столько хорошей памяти, сколько терпения, наблюдательности и умения замечать даже самые незначительные детали. Именно эти качества спустя годы станут для неё не менее ценными в работе следователя, чем знание законов или владение оружием.

Однажды вечером Аква вернулся домой позже обычного.
Он выглядел усталым.
Сев за стол, мужчина долго молчал.
Эйлин, заметив это, не стала задавать лишних вопросов.
Она лишь поставила перед ним кружку тёплого травяного отвара, который приготовила вместе с матерью.
Аква удивлённо посмотрел сначала на кружку, затем на дочь.
— Это мне?
— Угу. Говорят, помогает отдыхать.
Он сделал небольшой глоток.
После чего тихо улыбнулся.
— Знаешь...
— Что?
— Иногда человеку действительно помогает не лекарство. Иногда помогает то, что кто-то о нём подумал.
Эрдия, наблюдавшая за этой сценой со стороны кухни, ничего не сказала.
Лишь с лёгкой улыбкой продолжила заниматься своими делами.
Она ещё не знала, какой именно путь выберет.
Но уже понимала главное.
Служба начинается в тот момент, когда человек решает поставить чужую жизнь выше собственного спокойствия.
И именно тогда в сердце Эйлин впервые появилась мечта, которая со временем станет её главной целью.

Её будущим выбором стала Военная полиция. Все же отец мог бы помочь ей в своих начинаниях, а остальная семья поддержит. Вариант с Разведывательным корпусом отложился из-за высокой опасности и тяжелого положения. Детство отстранилось в прошлое и набравшись решимости вечером того же дня Эйлин во время ужина подняла речь.

— Мама, папа.

— Что такое? - в один миг воскликнули оба.

— Я.. хочу пойти в армию!

Родители вмиг обернулись на дочь и зациклились смотря на нее. Нависла тишина.

— Ты..уверена? - спросил Аква.

— Да, я уверена!

— Не в разведку. Это даже не обсуждается. — ответила мать.

— Ээ.. ладно. Я хочу попасть в 10ку лучших и поступить в военную полицию! — воскликнула также полная решимости Эйлин.

Вновь нависла тишина. Аква смотрел на дочь и глубоко задумался. Он не желал чтобы его дочь повидала ужасов службы в военной полиции, но и не желал ее ограничивать в жизни.

— Пусть идет. — сказала смотря на Акву Эрдия.

— Да.. Пусть. — неуверенно ответил Аква.

— Спасибо!!! - радостно прокричала Эйлин и сразу потянулась обнимать родителей.

Точка невозврата была преодолена, далее начало ее обучения и дальнейшей службы.

[alwnsdie]

Глава VI. Кадетский корпус.
Первый год обучения. Основы службы.
Весной 845 года, Эйлин подала документы в кадетский корпус. Решение поступить было полностью осознанным. Родители поддержали дочь, понимая, что именно здесь начинается путь любого будущего военнослужащего.
Через несколько недель пришёл приказ о зачислении. Вместе с десятками юношей и девушек Эйлин прибыла в расположение корпуса.
Первым делом новоприбывших построили на плацу. Инструкторы быстро объяснили распорядок дня, ознакомили кадетов с территорией лагеря, после чего каждому выдали форму, личные принадлежности и определили место в казарме.
Во время построения один из инструкторов медленно прошелся вдоль строя, внимательно рассматривая каждого.
— Здесь нет дворян, торговцев или детей офицеров, — грубо произнёс он.

— С этого момента передо мной стоят только кадеты.
После этих слов на плацу повисла тишина.
Эйлин невольно поймала взгляд Клэр. Девушка лишь едва заметно улыбнулась. Несмотря на своё происхождение, она прекрасно понимала смысл сказанных слов.
После построения весь строй направился в столовую.
Получив свою порцию, Эйлин сразу заметила Элару и с ней же присела к Реми и Клэр.
— Можно? — спросила Эйлин, кивая на свободные места.
— Конечно, — Реми подвинулся.

Девушки сели. На несколько мгновений за столом повисла пауза — та самая, которая бывает, когда старые знакомые встречаются в новом месте и не знают, с чего начать разговор. Первой не выдержала Элара:
— Эти кровати — просто ужас. Я думала, меня ничем не удивить, но доски, на которых нам предлагают спать — это даже не доски. Это орудие пытки.
— Согласна, — кивнула Эйлин. — Я попробовала лечь и почувствовала каждую щепку. Интересно, инструкторы специально такие выбрали?
— Чтобы мы не расслаблялись, — предположил Реми.
— Или чтобы мы возненавидели жизнь с первого дня, — добавила Клер.

Разговор покатился дальше — лёгкий, ни к чему не обязывающий. Эйлин делилась первыми впечатлениями. Элара жаловалась на всё подряд. Клер рассуждала о том, что половина новобранцев не умеет держать осанку и что это позор для армии. Эйлин обернувшись увидела что за компанией наблюдают. За соседними столами ребята постоянно шептались и поворачивались на компанию, бурно о чем-то разговаривая.

— На нас смотрят, - тихо сказала Эйлин.
— Пусть смотрят, — ответила Клер. — Это их проблема, не наша.
— Они обсуждают.
— Это тоже их проблема. Если кто-то захочет сказать что-то в лицо - я отвечу.
— Клер, — предупредил Реми.
— Что «Клер»? Я просто обозначаю границы.
— Ты обозначаешь их так, будто объявляешь войну какую-то.
— Может, так и есть.

Разговор продолжить не удалось.
— Заканчиваем приём пищи! Через пять минут всем быть в казармах!
Первый день службы завершился быстрее, чем ожидалось.
Казарма, куда определили Эйлин, оказалась небольшой. Вместе с ней жили ещё две кадетки. Девушки почти не разговаривали, предпочитая разбирать вещи и привыкать к новой обстановке. Одна была очень высокого роста, постоянно ходила по комнате и читала какую-то книжку, вторая же растерянно сидела на своей кровати и смотрела в пол. Соседи не разговорчивые, но иногда это даже лучше.
Следующее утро началось значительно раньше привычного.
Ещё до рассвета по расположению раздался громкий звон горна.
— Подъём!
Не успев окончательно проснуться, кадеты начали в спешке одеваться.
Эйлин, привыкшая к размеренной жизни дома, машинально застёгивала форму, но в спешке перепутала расположение ремней снаряжения.
На плацу инструктор сразу это заметил.
— Корвус! - яростно воскликнул инструктор.
— Так точно!
— Ты форму надела или загадку собрала!?
Несколько кадетов тихо усмехнулись.
Эйлин быстро исправила ошибку.
— Запомните, — продолжил инструктор уже обращаясь ко всему строю.

— Неправильно застёгнутый ремень в бою может стоить жизни.

— Привыкайте делать всё одинаково, каждый день.
Первые месяцы были однообразными.
Лекции сменялись построениями.
Строевая подготовка — хозяйственными работами.
Затем снова занятия, уборка территории, дежурства и вечерние проверки.
Физическая подготовка давалась Эйлин значительно тяжелее большинства сверстников.
Во время первых длительных забегов она неизменно приходила одной из последних, тяжело переводя дыхание.
Однажды после очередной тренировки она устало села на скамью возле плаца.
Какой-то кадет подошёл, держа в руках флягу.
— Держи, освежись.
— Спасибо...
— Думаешь, только тебе тяжело?
Эйлин удивлённо посмотрела на него.
— Просто некоторые делают вид, что всё легко.
Она невольно улыбнулась.
— Значит, притворяются хорошо.
— Именно. — ответил кадет.
Несмотря на слабые результаты в физической подготовке, Эйлин быстро начала проявлять себя на теоретических занятиях. Военное законодательство, структура армии, обязанности различных подразделений и основы гарнизонной службы давались ей значительно легче. Она внимательно слушала инструкторов, часто задерживалась после лекций, чтобы перечитать конспекты или уточнить непонятные моменты.
Постепенно инструкторы стали замечать её исполнительность. Всё чаще именно Эйлин поручали подготовить учебные материалы, перенести документы, проверить наличие инвентаря или помочь в организации занятий.
— Корвус.
— Так точно.
— Передай эти журналы в учебную часть. И проверь, чтобы ничего не потеряли по дороге.
— Будет сделано.
Подобные поручения не казались чем-то значительным, однако именно благодаря им Эйлин всё лучше понимала внутренний порядок армии. Она постепенно убеждалась, что служба состоит не только из строевой подготовки и владения оружием. Огромную роль играли дисциплина, ответственность и умение выполнять даже самые простые задачи без лишних вопросов.
К концу первого года Эйлин уже уверенно ориентировалась в армейском распорядке, знала требования к военнослужащим и окончательно привыкла к строгой дисциплине. Особых достижений за этот период она не добилась, однако сумела заложить прочный фундамент, который вскоре позволит ей сосредоточиться на том, что действительно станет её сильной стороной — медицине, стрельбе и следственной работе.

Второй год обучения. Армейская подготовка.

Во второй год обучения во время зимы кадетов построили инструктора и объявили о подготовке к походу в снежные горы. Со следующего дня кадеты немедленно начали готовить свое снаряжение, теплую одежду, припасы и провиант на всех. Кто-то боялся этого похода, но крик инструктора о том какие все бездари быстро выбивала любой страх.
Таким образом к вечеру кадеты вместе со своими инструкторами отправились в путь. Путь был долгий, кадеты шагали по рыхлому снегу, который проваливался от каждого малого шага, не говоря уже о топоте лошадей с повозками. Эйлин достаточно сильно замерзала, но старалась держать себя в руках и периодически грела свои руки дыша в них теплым паром со рта. Строй не мог ждать, поэтому та усердно догоняла. Ближе к ночи кадеты наконец решили объявить перевал на отдых и сон. Установив палатку Эйлин знатно устав от такого трудного дня заснула, думая что же будет завтра.
С утра как всегда по подъему инструкторов кадеты были построены и снаряжены, после чего по планам было уже возвращаться обратно однако перед этим была поставлена задача приготовить пищу на всех. Как такового полноценного провианта вроде каш с собой не было, поэтому пришлось импровизировать. Порыскав по повозкам были лишь найдены небольшие запасы картошки, которые и было принято отварить, а после поровну поделить вместе с хлебом. Знатно перекусив инструктора повели кадетов строем обратно в кадетский корпус.
Кадеты прибыли лишь ко дню и в честь того что те уже явно устали было принято решение дать им выходной остаток дня. В последующие недели кадетов начали обучать более серьезным темам, таким как стрельба. Тогда целую неделю кадеты изучали теорию вооружения армии, какие бывают виды, стрелковое и холодное и лишь в последующие дни были объявлены стрельбы. Значительная часть кадетов была построена, после были ознакомлены с правилами во время стрельб. Рано или поздно очередь дошла до Эйлин.

— Кадет Эйлин Корвус.

— Я! — ответила Эйлин.

— На боевую позицию, бегом марш!

— Так точно!

Мигом Эйлин встала на боевую позицию и продолжила выполнять приказы, когда она взяла мушкет принялась сразу вспоминать уроки от отца. Находясь под некой мотивацией по команде выстрела первый выстрел пришелся в зону 7-ки, второй же вмазался в 6-ку, однако вот третий выстрел оказался идеальным и попал в 9-ку. Последующие 4-й и 5-й выстрел оказались статичными и экзамен стрельб Эйлин прошла отлично. Она была искренне рада что не зря тренировалась ранее и что эти навыки действительно помогли ей.
В последующие месяца продолжился день “сурка”, но по объявлению в один из обычных дней был объявлен экзамен по рукопашному бою.

Во время подготовки к выпускным экзаменам большинство кадетов до поздней ночи повторяли теорию. В один из таких вечеров Реми и Клэр нашли Эйлин сидящей в библиотеке за высокой стопкой книг по анатомии и армейскому законодательству.
Реми устало опустился рядом.

— Ты вообще когда-нибудь отдыхаешь?
Эйлин закрыла книгу и спокойно посмотрела на него

— После экзаменов конечно отдыхаю.
Клэр тихо рассмеялась.

— Ты это говорила и перед предыдущими экзаменами, ха-ха.
Эйлин ненадолго задумалась.

— Тогда... после выпуска, уже точно отдохну!)
Реми покачал головой.
— Если продолжишь так учиться, инструкторы сами начнут у тебя спрашивать материал.
На этот раз улыбнулись уже все трое.
Несколько минут они просто сидели в полной тишине, продолжая готовиться к экзаменам. Именно в такие спокойные вечера между ними постепенно сформировалась настоящая дружба, основанная не на громких обещаниях, а на взаимном уважении и постоянной поддержке.

В первый день кадетам прояснили теорию боя, опытные инструктора продемонстрировали учебный бой, показали различные приемы и научили как противостоять противнику не имея даже оружия. Вся физическая подготовка с самого начала кадетского корпуса казалось трудной для Эйлин и особых успехов она там не проявляла. Ее самыми главными успехами скорее были навыки стрельбы, медицины и теоретических знаний.
Во второй день самого экзамена Эйлин показала хороший результат на тесте по теории, однако когда дело дошло до практического спарринга Эйлин сходу замешкалась. Принимая свое слабое телосложение она вступила в спарринг. Спарринг партнером стала кадетка примерно таких же данных, разве что рост той был выше на сантиметров 5. Партнер взял инициативу с самого начала спарринга и нанес несколько отличных ударов по Эйлин, попав в том числе по предплечью левой руки Эйлин сходу ухватилась за то чувствуя сильную боль. Она желала продолжить, но в тоже время и понимала что навряд ли уже выиграет спарринг.

Инструктор немедленно подал команду остановить спарринг и подозвал медицинского работника для осмотра. К счастью, травма оказалась незначительным ушибом, однако продолжение боя могло привести к более серьезному повреждению. По итогам экзамена Эйлин получила удовлетворительную оценку за практическую часть. Инструкторы отметили хорошее понимание теории, грамотную защиту и самообладание, но также указали, что недостаток физической подготовки и неуверенные действия в ближнем бою остаются её главным слабым местом. Именно этот экзамен окончательно убедил Эйлин в простой истине: она никогда не станет лучшим бойцом в рукопашной схватке. Вместо попыток превзойти более сильных физически кадетов она решила сосредоточиться на собственных преимуществах, а именно меткой стрельбе, медицинской подготовке и способности аналитического ума.

После завершения курса по рукопашному бою кадеты приступили к изучению основ военно-полевой медицины. Первые занятия были посвящены строению человеческого тела, правилам оказания первой помощи, остановке различных видов кровотечений, наложению повязок, фиксации переломов и транспортировке раненых. Инструкторы неоднократно напоминали, что зачастую именно первые минуты после получения ранения определяют, выживет человек или нет.
Для большинства кадетов этот раздел оказался совершенно новым. Многие впервые держали в руках медицинские инструменты и с трудом запоминали даже простейшие способы наложения бинтов. Для Эйлин же всё выглядело знакомым. Большую часть этих навыков она освоила ещё дома, помогая Эрдии и Людовику ухаживать за больными, изучая лекарственные травы и наблюдая за перевязками.

Практические занятия проходили в небольших группах. Кадеты постепенно научились останавливать кровотечение, накладывать жгуты и повязки, фиксировать конечности при переломах и правильно переносить условно раненых товарищей. Пока одни действовали неуверенно, постоянно сверяясь с конспектами, Эйлин выполняла задания спокойно и последовательно, не допуская грубых ошибок.

Особенно ярко она проявила себя во время итогового практического занятия. Каждому кадету предстояло оказать помощь условно раненому за ограниченное время. Большинство спешило, забывая проверить состояние пострадавшего или нарушая порядок оказания помощи. Эйлин же действовала методично: сначала быстро оценила состояние «раненого», затем остановила кровотечение, аккуратно наложила повязку, зафиксировала повреждённую конечность и только после этого подготовила пострадавшего к эвакуации.

Инструктор внимательно наблюдал за её действиями до самого окончания упражнения. Закончив осмотр, он молча проверил качество наложенной повязки, после чего удовлетворенно кивнул.
По итогам курса Эйлин вошла в число лучших кадетов по медицинской подготовке. Преподаватели отдельно отметили не только её знания анатомии и техники оказания первой помощи, но и умение сохранять хладнокровие, грамотно оценивать состояние пострадавшего и действовать строго по установленному алгоритму. Уже тогда многие инструкторы рекомендовали ей в дальнейшем развиваться именно в медицинском направлении, считая, что её внимательность, дисциплина и спокойствие способны однажды спасти не одну человеческую жизнь.

Третий год обучения. Устройство пространственного маневрирования
Заключительный год обучения в кадетском корпусе считался самым ответственным. Именно теперь кадеты допускались к изучению устройства пространственного маневрирования — главного инструмента каждого солдата, позволяющего вести бой с титанами. До этого момента все дисциплины лишь подготавливали будущих военнослужащих к этому этапу, однако теперь любая ошибка могла закончиться тяжелой травмой.
В первое же утро нового учебного года кадетов построили на главном плацу значительно раньше обычного. Перед строем на специальных стойках лежало несколько полностью собранных комплектов УПМ. Металл поблескивал на утреннем солнце, а сами устройства сразу приковали взгляды всего курса.
По строю прошел едва слышный шепот.
— Неужели сегодня?...
— Наконец-то…

— Ура, я столько ждал
Инструктор неторопливо вышел вперед и дождался полной тишины.
— Три года, — спокойно произнес он, положив ладонь на один из механизмов. — Именно столько вы шли к сегодняшнему дню.
Он поднял устройство, после чего внимательно осмотрел строй.
— Многие считают, что это оружие. Запомните сразу — это инструмент. Если научитесь пользоваться им правильно, оно спасет вам жизнь. Если нет — убьет вас быстрее любого титана.
Инструктор положил устройство обратно.
— Герои здесь никому не нужны. Мне нужны солдаты, которые вернутся домой живыми и с выполненной задачей.
Первые недели полностью посвятили теории. Кадеты подробно изучали конструкцию устройства, принцип работы газового механизма, обслуживание оборудования, порядок замены тросов и действия при отказе отдельных узлов. Инструкторы не просто заставляли заучивать материал, а постоянно приводили примеры из службы.
Во время одной из лекций преподаватель полностью разобрал УПМ прямо перед курсом.
— Что это?
Он поднял газовый баллон.
— Газ. — ответил один из кадетов.
— Верно. Пока он полный вы способны двигаться.
Следом он показал изношенный трос с оборванными волокнами.
— А это причина гибели одного слишком самоуверенного солдата.
После этих слов в аудитории больше никто не отвлекался, все замолчали и перевели взгляд на инструктора.
Когда теория осталась позади, начались первые практические занятия. Поначалу кадетов допускали лишь к тренировочным конструкциям небольшой высоты. Они учились удерживать равновесие, правильно переносить центр тяжести, чувствовать натяжение тросов и выполнять самые простые маневры.
Для Эйлин практика оказалась значительно сложнее, чем она представляла.
Во время первой полноценной тренировки она слишком резко дернула рукоять управления. Устройство моментально изменило направление, и девушка, потеряв равновесие, боком врезалась в деревянную опору.
Повиснув на тросах, она несколько секунд безуспешно пыталась понять, что произошло.
Инструктор спокойно подошел ближе.

— Живая? Или мне кажется?
— Не кажется, живая я.
Он помог ей спуститься на землю.
— Запомни одну вещь, Корвус. УПМ не любит силу, это инструмент. Используй мобильно, аккуратно, тихо, не спеша
После каждой тренировки она не спешила возвращаться в казарму. Вместо этого вновь и вновь прокручивала в голове собственные ошибки, анализировала каждое неудачное движение и пыталась понять, что именно сделала неправильно. Она никогда не списывала неудачи на случайность.
Постепенно упражнения становились сложнее. Высота увеличивалась, маршруты удлинялись, а ошибки инструкторы прощали все реже.
Во время одной из тренировок преподаватель неожиданно остановил Эйлин прямо перед очередным заходом.
— Корвус!
— Так точно.!

— Почему ты постоянно сбрасываешь скорость перед поворотом?
Эйлин немного задумалась.
— Боюсь ошибиться, товарищ инструктор.
Инструктор несколько секунд молча смотрел на нее.
— Молодец.
Она удивленно подняла взгляд.
— Лучше потерять секунду, чем потерять голову.
Он ненадолго замолчал.
— Но теперь учись доверять себе.
Кульминацией курса стал тренировочный вылет в лесной зоне. Перед кадетами стояла задача пройти маршрут между деревьями, сохраняя скорость и устойчивость, после чего ликвидировать несколько деревянных манекенов, имитирующих титанов.
Перед стартом большинство нервничало. Все проверяли свое снаряжение, ремни, общую готовность.
Однако резко раздалась команда.
— По местам!
Газовые механизмы одновременно зашипели.
— НАЧАЛИ!
Эйлин не стремилась лететь быстрее остальных. Она заранее просчитывала траекторию каждого маневра, внимательно выбирала точки зацепа и избегала лишнего риска. Там, где другие пытались выиграть несколько секунд, она предпочитала сохранить контроль над ситуацией. Благодаря своей ловкости ей удалось уверенно пройти большую часть маршрута, успешно поразить большинство учебных целей и допустить лишь несколько незначительных ошибок на наиболее сложных участках трассы.
После завершения экзамена инструктор просматривал итоговые ведомости.
— Кадет Корвус.
— Так точно, я.
— Скорость средняя.
Эйлин немного опустила голову.
— Зато точность выше средней. Критических ошибок нет, сочтено.
— Запомни. Не всегда первым возвращается самый быстрый. Иногда домой приходит тот, кто умеет думать.
После выпускных испытаний весь курс направили на краткосрочную стажировку в Гарнизонные войска. Ее целью было познакомить будущих солдат с повседневной службой и показать, что армия состоит не только из боевых операций.
Вместе с другими кадетами Эйлин занималась обслуживанием артиллерии, проверкой снаряжения, уборкой площадок и стен, а также помогала медикам в перевязочных пунктах.
Во время чистки одного из артиллерийских орудий рядом остановился пожилой гарнизонный артиллерист.
— Вот ты, кадет, думаешь служба — это только титанов рубить?
— Уже нет, не думаю..
Солдат похлопал ладонью по лафету пушки.
— Если однажды эта красавица даст осечку, погибнет целый расчёт.
Он взглянул на девушку.
— Поэтому чисти ее так, будто завтра она спасет тебе жизнь, либо жизнь близких.
Эйлин лишь молча кивнула и продолжила работу с еще большей внимательностью.
Не менее интересной оказалась практика в медицинском пункте. Под наблюдением старших врачей она меняла повязки, сортировала медикаменты, помогала вести записи и ассистировала при оказании первой помощи.
После одной из перевязок пожилой военный врач остановил ее.
— Почему ты сначала спросила солдата, как он себя чувствует, а уже потом принялась за рану, кадет?
— Хотела, чтобы он немного успокоился, общее состояние солдата тоже ведь важное.
Врач одобрительно улыбнулся.
— Запомни это. Хороший медик лечит не только рану, он лечит и человека.
Стажировка окончательно убедила Эйлин в правильности выбранного пути. Иногда своевременно наложенная повязка, исправное снаряжение или хорошо обслуженная артиллерия способны спасти не меньше жизней, чем клинки на поле боя.
До выпуска оставалось всего несколько дней.
По вечерам, когда казарма постепенно затихала, Эйлин долго не могла уснуть.
Эйлин смотрела в ночное небо, бурно размышляя про себя о будущем. Сможет ли она попасть в 10-ку лучших, попадет ли в Военную полицию?
За три года она сделала все, что было в ее силах. Улучшила свои сильные стороны, насколько могла компенсировала слабые и ни разу не позволила себе сдаться.
Оставалось лишь дождаться церемонии выпуска и узнать, окажется ли ее имя среди десяти лучших кадетов курса.

Церемония выпуска.

Долгожданный день. Ранний подъем кадетов, прощание с инструкторами и публичный строй с объявлением церемонии выпуска кадетов. Главный инструктор построив бойцов объявил сильную речь, где пожелал удачи и успехов для кадетов в армии, что каждый из них пойдет вносить вклад в человечество.
На специально подготовленной трибуне разместились представители трех военных подразделений человечества. Справа находились офицеры Гарнизона, слева — представители Разведывательного корпуса, а в центре расположились офицеры Военной полиции. Именно они должны были принять будущих выпускников в свои ряды.
После вступительной речи командования началось долгожданное объявление результатов итогового рейтинга.
Каждое названное имя сопровождалось короткой паузой, во время которой очередной кадет выходил из строя.
— Десятое место... Эйлин Корвус.
На мгновение сердце девушки словно замерло.
Все месяцы подготовки, бессонные вечера, постоянные мысли о том, хватит ли её знаний, чтобы компенсировать недостаток физической силы, пронеслись перед глазами за одно короткое мгновение.
Однако внешне она не изменилась.
Сохранив привычное спокойное выражение лица, Эйлин уверенно сделала шаг вперед и заняла свое место среди лучших выпускников курса.
Лишь едва заметно дрогнули уголки губ.
Позади неё несколько товарищей переглянулись. Многие знали, насколько сильно девушка переживала за итоговое распределение, и потому молча улыбнулись, наблюдая за тем, как она наконец достигла своей цели.
Через несколько минут прозвучало следующее знакомое имя.
— Девятое место... Клэр де Монклер.
На этот раз Эйлин не смогла скрыть легкой улыбки. Она повернула голову в сторону подруги и, встретившись с ней взглядом, едва заметно кивнула. Клэр ответила тем же, стараясь сохранять официальную выдержку, хотя радость читалась в её глазах.
Объявление продолжилось.
— Восьмое место...
Имя очередного кадета растворилось среди общего волнения, однако Эйлин почти не слышала его. Всё её внимание уже было приковано к ожиданию ещё одного результата.
Наконец раздалось:
— Седьмое место... Реми де Монклер.
На этот раз девушка не смогла сдержать искренней радости. Она вновь посмотрела на друга, который с привычной уверенностью вышел из строя. Их взгляды встретились всего на секунду, но этого оказалось достаточно. Ни слова не было сказано, однако оба прекрасно понимали, сколько сил каждый из них вложил в эти три года.
После объявления десятки лучших слово поочередно взяли представители каждого рода войск.
Сначала выступил офицер Гарнизонных войск, рассказав о защите городов и повседневной службе на стенах.
Следом вперед вышел представитель Разведывательного корпуса. Его речь была самой короткой, но самой тяжелой. Он говорил о свободе человечества, о цене каждого шага за стены и о том, что далеко не каждый разведчик возвращается домой.
Последним к трибуне подошёл офицер Военной полиции.
Он рассказывал о защите внутреннего порядка, расследовании преступлений, обеспечении безопасности жителей и ответственности, которая ложится на каждого, кто носит бело-синюю форму.
Когда агитационные речи завершились, десятке лучших было предложено вступить в ряды Военной полиции.

— Желающие поступить в ряды военной полиции, шаг из строя! - громко объявил представитель ВП.
Первым из строя уверенно вышел Реми де Монклер.
Не колеблясь ни секунды, он направился к представителям Военной полиции.
Эйлин глубоко вдохнула.
Все переживания последних месяцев наконец остались позади.
Она сделала шаг вперед вслед за другом.
Именно к этому моменту её вели все годы обучения, все советы родителей, наставления Людовика, уроки Эрдии и бесчисленные часы тренировок с Аквой.
Позади неё к Военной полиции присоединились ещё несколько выпускников, среди которых была и Клэр де Монклер.
Так был сделан окончательный выбор.
Спустя несколько дней после завершения церемонии выпускники получили первые назначения.
Благодаря высокому месту в рейтинге Эйлин добилась того, о чём мечтала с самого начала обучения. Её направили в укрепрайон Эрмрих, где она должна была начать службу в рядах Военной полиции рядом с людьми, которых знала с самого детства.
Реми и Клэр, как представители аристократического рода де Монклер, получили назначение в столичный Митрас, где их ожидала служба при центральных подразделениях Военной полиции.
Наступил момент прощания. Впервые за многие годы дороги друзей расходились.
Впереди каждого ждала собственная служба, собственные испытания и собственная история.

[alwnsdie]

Глава VII. Служба в Эрмрихе, 1-й год службы

Спустя пару дней, Эйлин вместе с несколькими бывшими кадетами доставили в штаб военной полиции в Эрмрихе. Она уже видела ранее этот штаб, ведь отец показывал его и рассказывал про службу там. Местный офицер построил солдат, рассказал про местный порядок, текущие задачи и выдал форму, после чего сопроводил в личные комнаты.
Во время построения офицер мягко дал показать что новоприбывшие еще полная “зелень” и серьезной работы для них не будет, что и оказалось правдой. Следующие пару месяцев Эйлин то дело что и занималась исключительно самыми бытовыми задачами в корпусе, вроде обычных армейских порядков как это и было в кадетском корпусе.

Периодически мыла штаб, принимала участие в тренировках и учениях и в целом привыкала к порядку в корпусе. Сходу ее заинтересовал Отряд Следствия и Судебного Исполнения, ведь её отец тоже когда-то в нем служил и рассказывал про службу там. Работа следователем была пожалуй небольшой мечтой Эйлин, поэтому та чтобы увеличить свои шансы на попадание в этот отряд стала проявлять наиболее большую инициативу, чтобы как либо проявить себя и зарекомендовать. Она стала чаще брать на себя задачи, просить дополнительную работу.

Спустя несколько таких усердных недель произошел инцидент в Эрмрихе. Группа неизвестных с целью ограбления местной пекарни открыли стрельбу, так как пекарь изначально не желал отдавать свои честно заработанные монеты, однако под угрозами оружия ему не оставили выбора. Несколько угрожающих выстрелов прогремели в лавке, а после грабители шустро совершили побег с лавки. Местный патруль военной полиции услышав выстрелы немедленно направились к лавке. Убегающие грабители с лавки открыли огонь в сторону военной полиции и продолжили бежать стараясь скрыться во дворах. Один из военных полицейских получил ранение в ногу, остальные же остались на ходу и отправились в погоню за преступниками. С раненным остался один из солдат, который дотащил того до штаба где практически никого и не было. Постовым тогда была как раз Эйлин и увидев истекающего кровью раненного солдата та немедленно принялась помогать тому.

— Что произошло? Как ранили?

— Во время погони выстрел попал ему в ногу кажись, рекрут, найди помощь! Мне нужно к нашим обратно, выполняй приказ!

— Так точно!

Подбежав к раненому, Эйлин первым делом быстро осмотрела обстановку, убедившись, что непосредственной угрозы больше нет. Лишь после этого она опустилась рядом с военнослужащим.
— Слышишь меня? Не двигайся, сейчас помогу.
Солдат, тяжело дыша, лишь коротко кивнул, крепко сжимая рукой окровавленное бедро.
Эйлин осторожно убрала его ладонь и быстро осмотрела рану. Мушкетная пуля пробила мягкие ткани левого бедра навылет. Кровь продолжала быстро пропитывать форму, однако характерного пульсирующего кровотечения, свидетельствующего о повреждении крупной артерии, она не заметила.
Не теряя времени, девушка достала из медицинской сумки сложенный бинт и плотно прижала его к входному отверстию, создавая прямое давление на рану. Затем наложила тугую давящую повязку, стараясь максимально уменьшить кровопотерю.
— Потерпи ещё немного. Самое главное — не двигай ногой и разговаривай со мной!
После этого она осторожно осмотрела заднюю поверхность бедра и обнаружила выходное отверстие. Его также закрыла чистой повязкой, закрепив бинтом вокруг ноги.
Убедившись, что кровотечение значительно уменьшилось, Эйлин проверила пульс пострадавшего, оценила цвет кожи и убедилась, что тот остаётся в сознании.

Оказав медицинскую помощь она в срочном порядке позвала на помощь нескольких солдат

— Подготовьте носилки! — громко обратилась она к находившимся рядом солдатам.
Двое военнослужащих сразу же бросились выполнять приказ.
Пока они готовили носилки, Эйлин продолжала удерживать повязку, одновременно стараясь поддерживать разговор с раненым.
— Как тебя зовут?
— Томас...
— Хорошо, Томас. Не закрывай глаза. Смотри на меня и спокойно дыши. Скоро доставим тебя в госпиталь.
Когда носилки были готовы, она проследила, чтобы пострадавшего аккуратно подняли, не сгибая повреждённую ногу, после чего вместе с сопровождающими направилась к ближайшему военному лазарету, где раной уже могли заняться хирурги.
Солдата успешно прооперировали и спустя время тот пошел на поправку и был искренне благодарен Эйлин за то что та помогла сохранить ему его жизнь. В тот же день поступила рекомендация на Эйлин от того капрала Томаса, который попросил повысить ее за данный поступок.

Спустя несколько недель её усердие стало замечать не только командование, но и старшие сослуживцы.

После этого Эйлин начала еще более усерднее укреплять свои навыки, читая местные архивы в канцелярии и изучая полезную для себя информацию.
— Корвус, опять ты здесь? — однажды усмехнулся сержант, заходя поздним вечером в канцелярию.
Эйлин подняла взгляд от стопки документов.
— Хотела закончить сегодняшние рапорты, товарищ сержант!
— Их можно было оставить до утра, отбой уже был.
— Можно конечно, но ведь завтра появятся новые, ведь так?
Сержант лишь покачал головой.
— Ну и кадетов нынче выпускают… ха-ха.
Несмотря на лёгкую насмешку, в его голосе уже чувствовалось уважение.
Постепенно Эйлин стали доверять больше, чем обычному новобранцу. Старшие сотрудники начали брать её с собой при проверке складов, поручали сверять журналы выдачи вооружения, сопровождать доставку документов между подразделениями и помогать медицинскому работнику штаба во время тренировок.
Во время одного из учений один из рядовых неудачно приземлился после преодоления полосы препятствий, сильно вывихнув лодыжку.
Пока окружающие пытались понять, что произошло, Эйлин уже опустилась рядом.
— Не двигай ногой, хуже сделаешь
Она быстро осмотрела сустав, осторожно проверила подвижность и наложила тугую фиксирующую повязку.
Подошедший старший сержант несколько секунд наблюдал за её действиями.
— Где научилась?
— Ещё дома. Потом в кадетском корпусе, нынче практикуюсь.
Сержант удовлетворённо кивнул.
— Это радует, такие навыки тебе пригодяться.
Несмотря на постепенно растущее доверие, сама Эйлин понимала, что до настоящей полицейской службы ей ещё далеко. Каждый раз, проходя мимо кабинета Отряда Следствия и Судебного Исполнения, она невольно задерживала взгляд на двери.
Поэтому каждый новый день Эйлин воспринимала как возможность проявить себя. Она соглашалась практически на любую дополнительную работу, редко уходила отдыхать раньше остальных и старалась внимательно наблюдать за тем, как действуют более опытные сотрудники.
Однако настоящий шанс появился совершенно неожиданно.
Обычным осенним утром спокойствие Эрмриха нарушил громкий взрыв эхом вознесшийся по центральной улице. Практически сразу вслед за ним прозвучали ещё несколько.
В помещение штаба вбежал запыхавшийся патрульный.
— Взрывы на площади! Террористы!
Разговоры мгновенно стихли.
Несколько сотрудников вскочили со своих мест.
— Всем свободным группам приготовиться к выдвижению!
Эйлин инстинктивно сделала шаг вперёд вместе с остальными, однако уже через секунду её остановил голос офицера.
— Корвус!
— Есть!
— Ты остаешься в резерве с медицинской группой. Если будут раненые — сразу выдвигаетесь следом.
Девушка на мгновение замерла. Конечно, ей хотелось оказаться среди тех, кто первым отправится на место происшествия, но спорить с приказом она не стала.
— Есть, господин офицер.
Через несколько минут ворота штаба распахнулись, и первые патрули Военной полиции устремились к месту происшествия. Для Эйлин же это должно было стать первым серьёзным испытанием на службе, пусть и совсем не таким, каким она представляла его раньше. Солдаты военной полиции длительное время продолжали перестрелку на главной улице, стараясь ликвидировать всех причастных к взрыву. Тогда военная полиция сумела показать профессионализм и сумели отразить теракт с минимальными потерями. Эйлин вместе с медицинской группой по окончанию стрельбы отправились к месту теракта и принялись оказывать медицинскую помощь всем раненным солдатам и гражданским.
После столь ужасного теракта командование Эрмриха решила объявить благодарность по отношению солдат участвующих в устранении данного инцидента, под благодарность в виде повышения попала и Эйлин. Учитывая ее все недавние заслуги ей было присвоено звание Рядового второго класса. Получив данный приказ она обрадовалась и поняла то, что у нее появился штаб попасть в ОССИ. Не зря были потрачены бессонные ночи в архивах.

“Это мой шанс! Явно стоит написать прошение о переводе в ОССИ, я думаю мне пора туда.”

Несмотря на размеренную службу в Эрмрихе, мысли Эйлин всё чаще возвращались к одному и тому же месту, а именно Отряду Следствия и Судебного Исполнения. Именно там когда-то начинал службу её отец. С детства она слушала его рассказы о расследованиях, сборе улик и работе следователей, поэтому постепенно сама поняла, что хочет посвятить жизнь не обычной патрульной службе, а поиску истины.
Долго размышляя, девушка решила не ждать случайной возможности. Она составила официальный рапорт на имя капитана ОССИ с просьбой рассмотреть её кандидатуру для перевода в подразделение. В письме Эйлин подробно описала своё образование, медицинскую подготовку, навыки стрельбы и желание развиваться именно в следственной деятельности. Закончив писать, она ещё несколько раз перечитала каждую строку, после чего лично передала документы через канцелярию.
Ответа не последовало ни через день, ни через неделю.
Постепенно Эйлин решила, что её рапорт попросту отклонили.
Однако спустя почти месяц её неожиданно вызвали в кабинет командира Эрмрихского подразделения Военной полиции.

— Корвус, проходи.
Девушка вошла в кабинет и остановилась по стойке смирно.
— Вызывали, господин офицер?
Командир молча достал из ящика стола небольшой запечатанный конверт с печатью Отряда Следствия и Судебного Исполнения.
— На твоё прошение всё же ответили, радуйся.
Эйлин удивлённо приняла письмо и аккуратно вскрыла его.
Внутри находился короткий приказ.
“Рядовому 2-го класса Военной полиции Эйлин Корвус.
Ваше прошение рассмотрено.
Вам надлежит прибыть в расположение Отряда Следствия и Судебного Исполнения Эрмриха завтра к девяти часам утра.
Опоздание будет расценено как отказ от прохождения оценки.”
На следующий день Эйлин прибыла в штаб значительно раньше назначенного времени.
После короткого ожидания её пригласили в кабинет капитана.
Помещение оказалось удивительно простым. Несколько шкафов с документами, большая карта на стене и массивный деревянный стол.
За ним сидел мужчина средних лет с холодным, внимательным взглядом.
Он лишь мельком посмотрел на вошедшую.
— Рядовой Корвус?
— Так точно.
— Присаживайтесь как вам угодно.
Капитан достал из-под стола небольшой деревянный ящик и поставил его перед девушкой.
— Откройте, рядовой.
Внутри лежали окровавленный нож, кожаный кошелёк, карманные часы, небольшой клочок ткани и испачканная кровью записка.
Эйлин вопросительно посмотрела на капитана.
— Это...
— Вещи с места одного преступления, — спокойно перебил он.

— Мне не нужен виновный. Мне интересно, что вы способны увидеть.
В кабинете повисла тишина. Эйлин про себя понимала что пора действовать, либо второго шанса исполнить свою малую месту уже не будет.
Эйлин аккуратно разложила предметы на столе.
Сначала она внимательно осмотрела нож, затем часы, проверила состояние ткани, расположение пятен крови, после чего несколько раз перечитала записку.
Минуты шли одна за другой. Капитан раскуривая сигареты молча смотрел на Эйлин и наблюдал за ее действиями.
Наконец девушка подняла голову.
— Это нападение не было заранее спланированным.
— Почему? - вопросительно спросил капитан.
— На ноже слишком мало крови. Скорее всего, его достали уже во время конфликта. Кошелёк остался на месте, значит целью были не деньги. А часы остановились после удара о твёрдую поверхность... Вероятно, потерпевший упал ещё до смертельного ранения.
Капитан молча слушал.
— Почему вы так решили, Корвус?
Каждый свой вывод Эйлин подтверждала конкретной деталью, не позволяя себе строить предположения без доказательств.
Когда объяснение закончилось, капитан некоторое время молчал.
Затем аккуратно сложил вещи обратно в ящик.
— Половина кандидатов начинает искать виновного сразу после того, как открывает крышку.
Он посмотрел прямо на Эйлин, взгляд был серьезен, а дым сигарет вновь окутал пространство вокруг капитана.
— Вы сначала искали факты, рядовой.
Девушка ничего не ответила.
— Это хорошее качество для следователя в частности для столь юного как вы.
На мгновение Эйлин показалось, что сейчас последует приказ о переводе.
Однако капитан неожиданно произнес фразу, от которой дыхание Эйлин на пару секунд затихло.
— Но этого недостаточно.
Он поднялся из-за стола и подошёл к окну, вновь закурив сигарету.
— Следователь отвечает не только за раскрытие преступлений. Он отвечает за последствия каждого своего решения. Одной ошибки достаточно, чтобы обвинить невиновного или позволить преступнику избежать наказания.
Капитан вновь повернулся к девушке чуть присев на подоконник.

— Вы слишком мало прослужили. Вам не хватает практического опыта и понимания того, как работает обычная полиция.
Эйлин молча выслушала эти слова.
Разочарование было заметно лишь на мгновение.
— Понимаю, господин капитан.
Неожиданно мужчина едва заметно улыбнулся смотря прямо в пустые глаза Эйлин.
— Именно поэтому я не отклоняю ваше прошение!

Он взял лист бумаги и сделал на нём несколько коротких записей.
— Возвращайтесь к службе. Набирайтесь опыта. Работайте с людьми, выезжайте на происшествия, учитесь замечать детали не только в кабинете, но и на улице.
Капитан поставил подпись и убрал документ в папку.
— Когда я решу, что вы готовы, приглашение получите уже без всяких рапортов.
Покидая кабинет, Эйлин впервые за долгое время почувствовала не разочарование, а ещё большую мотивацию.
Сам капитан ОССИ дал ей шанс проявить себя и позволил помогать в будущих делах, это и стало для нее главной мотивацией.

Последствия теракта всё ещё устранялись, поэтому Эйлин решила присоединиться к расследованию в качестве помощника. Её обязанности не были связаны с непосредственным сбором улик или проведением следственных действий. В основном она занималась оцеплением района, сопровождением следователя, патрулированием прилегающих улиц и помощью при фиксации обнаруженных предметов.
Во время одного из очередных осмотров места происшествия внимание Эйлин привлекла необычная картина распространения огня. Следы обугливания и сажи располагались не хаотично, как это обычно происходило при случайном пожаре, а образовывали своеобразную цепочку, начинающуюся от городской площади и уходившую вглубь ближайших гражданских дворов.
Она молча прошла вдоль наиболее заметных участков, стараясь не нарушить уже зафиксированные следы. На нескольких местах среди обгоревших досок и кирпичной крошки были обнаружены металлические обручи и фрагменты клёпанных деревянных стенок. По характерным остаткам следователь предположил, что здесь ранее находились пороховые бочки.
— Господин следователь, похоже взрыв был не один, — негромко произнесла Эйлин.
Следователь поднял взгляд от записей.
— Почему так решила, рядовой Корвус?
— Если бы сдетонировала одна бочка, основное воспламенение сосредоточилось бы в одном конкретном месте. Здесь же очагов несколько и ведет он прямо через дворы.
Следователь несколько секунд осматривал указанные места, после чего медленно и одобрительно кивнул.
— Хорошее наблюдение, рядовой.

После более детального обследования удалось установить, что преступники заранее разместили несколько бочек с порохом на определённом расстоянии друг от друга. Последовательная детонация позволила быстро распространить пожар по деревянной застройке, значительно усложнив работу гарнизона и Военной полиции.
К счастью, благодаря своевременному прибытию военнослужащих распространение огня удалось остановить. Несмотря на серьёзное возгорание, большинство жилых домов удалось отстоять, а пламя не перекинулось на соседние кварталы.
Возвращаясь в штаб, Эйлин еще долго мысленно прокручивала увиденное. Её заинтересовал не сам пожар, а то, насколько тщательно были рассчитаны действия преступников. Кто-то заранее изучил планировку улиц, выбрал наиболее уязвимые участки и подготовил всё так, чтобы вызвать как можно больший хаос. Именно тогда Эйлин окончательно поняла, что расследование это не поиск виновного наугад, а умение замечать детали, которые большинство людей просто проходит мимо, либо не обращает внимание на мелочь.

По факту найденных улик дело перешло целиком и полностью исключительно к следователям ОССИ, но тогда же спустя пару дней какой-то боец во время обеда в штабе зашел в столовую и принялся разыскивать Эйлин.

— Товарищи, есть ли в столовой сейчас Эйлин Корвус? У меня для нее несколько писем, попросили передать.

Сидящие за столом военные полицейские наслаждающиеся трапезой коллективно повернулись на Эйлин, которая мирно пила чай.

— Да, это я. - тихо ответила Эйлин.

— Тогда вот, держи. Там вроде пару служебок и личные что ли, думаю разберешься!

— Спасибо, обязательно посмотрю.

Отдав письма солдат покинул столовую, оставив Эйлин с интересом по отношению к письмам. Допив чай та отправилась в свою комнату, присела на кровать и принялась их читать. Первое письмо поступило от Аквы. Он волновался за дочь и спрашивал как ее служба, нужна ли помощь, либо иной совет. Второе же неожиданно поступило с самого Орвуда от ее брата Энди, который проживал там. Тот тоже как и все поинтересовался за жизнь, однако самой главной деталью было то, что он тоже закончил кадетский корпус и успешно поступил на службу в армию в рядах Военной полиции в Орвуде, а также желает перевестись в Эрмрих, чтобы окончательно объединиться со своими самыми близкими родственниками. Он также подчеркнул, что приедет даже не один, а со своим двоюродным братом Войцехом Китцспаско, который является сыном Оливера. Войцех тоже изъявил желание послужить в Эрмрихе, либо же в Тросте чтобы продолжить армейское дело отца и набраться опыта. Эйлин эти новости очень порадовали, ведь с семьей которая всегда будет с ней ей будет проще во всем. На этом письма не заканчивались, ведь открыв последнее письмо она увидела печать ОССИ и приказ о переводе её в столь желанный отряд. Дыхание замерло, взгляд сконцентрировался на письме. Руки слегка дрожали, а сердцебиение усилилось. Эйлин наконец поняла, что ее маленькая мечта сбылась всего за год службы в Военной полиции.

Глава VII. Служба в Эрмрихе, перевод в Трост, 2-й год службы.

После нескольких месяцев службы в основном подразделении Военной полиции Эйлин получила приказ о переводе в Отряд Следствия и Судебного Исполнения. Назначение стало для неё неожиданностью, однако именно к этой цели она стремилась с момента поступления на службу. Получив новое место, девушка была зачислена в ОССИ в звании рядового второго класса.
Первые дни быстро развеяли её представления о работе следователя. Вместо громких расследований и постоянных выездов большую часть времени занимало изучение внутреннего порядка подразделения. Эйлин помогала вести архив уголовных дел, составляла описи вещественных доказательств, оформляла материалы расследований, сопровождала старших следователей на места происшествий и постепенно знакомилась с порядком проведения следственных действий.
Самостоятельных решений ей практически не доверяли.
Во время одного из первых рабочих дней старший следователь положил перед ней внушительную стопку папок, пока та перебирала итак уже другую.
— Думаешь, работа следователя начинается на месте преступления?
— Никак нет, господин следователь.
— Ошибаешься, ведь она заканчивается здесь. Если документы оформлены неправильно, никакое расследование уже не поможет. А теперь приступай к сортировке.
Эйлин молча приняла папки и приступила к работе.
Сначала подобные обязанности казались ей однообразными, однако спустя несколько недель девушка начала замечать, насколько важной была каждая мелочь. Неправильно указанная дата, пропущенная подпись или неточное описание вещественного доказательства могли поставить под сомнение результаты целого расследования. Постепенно она стала гораздо внимательнее относиться к каждому документу, а старшие сотрудники всё реже находили ошибки в её работе.
Спустя несколько месяцев Эйлин начали доверять небольшие поручения. Она сопровождала следователей во время осмотров мест происшествий, фиксировала расположение обнаруженных предметов, составляла схемы и помогала опрашивать местных очевидцев событий.
Во время одного из выездов поступило сообщение о пропаже армейского имущества со склада штаба. На первый взгляд всё указывало на обычную кражу ведь по документам отсутствовало несколько единиц дорогостоящего снаряжения вроде УПМ и стрелкового.
Старший следователь неожиданно остановился возле двери склада и посмотрел на Эйлин.
— Что скажешь, Корвус?

Она внимательно осмотрела замок.
— Следов взлома вроде-бы нету.
— Продолжай осмотр.
— Если имущество действительно украли, кто-то должен был попасть внутрь законно. Или... оно вовсе никуда не исчезало и так все и было.
Следователь молча одобрительно кивнул.
В течение нескольких часов Эйлин проверяла журналы выдачи имущества, сверяла номера с архивными ведомостями и сравнивала даты последних инвентаризаций. Вскоре ей удалось обнаружить обычную канцелярскую ошибку — часть снаряжения была внесена в новый журнал под другими регистрационными номерами после переучета журнала. Никакой кражи и вовсе не было, а лишь ложное обвинение и обычной недочет.
Со временем она всё чаще выезжала на происшествия уже не как сопровождающий, а как полноценный помощник следственной группы. Старшие сотрудники начали интересоваться её мнением, иногда поручали самостоятельно осмотреть отдельные участки места происшествия или опросить свидетелей перед составлением общего отчёта. Несмотря на это, Эйлин никогда не спешила с выводами. Она предпочитала сначала собрать факты и лишь затем строить предположения, стараясь не допускать поспешных обвинений.

Одним из обычных вечеров Эйлин возвращалась в штаб после окончания патруля с товарищами, однако те чуть замедлились. До начала комендантского часа оставалось совсем немного времени, поэтому улицы Эрмриха постепенно пустели. Большинство торговцев уже закрывали лавки, а прохожие спешили попасть домой.
Решив сократить путь, девушка свернула в один из узких переулков, проходивших между жилыми домами. Переулок был достаточно темный, лишь легкий солнечный свет попадал туда.
Навстречу ей неторопливо шёл мужчина лет сорока. Судя по запаху и внешнему виду, он был сильно пьян.
Поравнявшись с Эйлин, незнакомец замедлил шаг и с ухмылкой осмотрел девушку с головы до ног.
— Красивая какая... Неужели одна гуляешь?
Эйлин спокойно продолжила идти, не отвечая ведь не желала конфликта с какой-то пьянью.
Мужчина неожиданно перегородил ей дорогу чуть ли не споткнувшись.
— Да брось, не будь такой серьезной, ты че?
Он сделал шаг вперёд и попытался коснуться её щеки.
Эйлин сразу отступила назад и чуть-ли не вскрикнула.
— Освободите дорогу!
Вместо ответа мужчина ухмыльнулся еще шире с новыми намерениями.
— А если не освобожу? Что сделаешь?
Не успела она договорить, как незнакомец резко схватил её за запястье и потянул к себе в объятья.
Эйлин инстинктивно вывернула руку, освободившись от захвата, после чего нанесла короткий удар локтем в грудь мужчины. Тот потерял равновесие, однако вместо того чтобы отступить, попытался снова схватить девушку ведь удар был очень слабый ввиду ее слабой рукопашной подготовке.
Она кое как увернулась от размашистого удара, подсекла мужчине ногу и с силой прижала его лицом к земле, заломив обе руки за спину.
— Не... не ломай! Я же пошутил! — вскрикнул тот, почувствовав усиливающееся давление на плечевой сустав.

Ответа не следовала, а вот Эйлин все больше и больше давила на плечевой сустав. Было непонятно ради чего, была ли цель наказать преступника, либо резкое желание причинить ему боль?
Мужчина вскрикнул от усиливающиеся боли.
Лишь спустя несколько секунд девушка осознала, что продолжает усиливать захват, хотя сопротивление уже прекратилось.

Товарищи отстающие ранее от Эйлин услышав крики резко зашли в переулок.
— Корвус! Что произошло? - вскрикнул один из солдат.
Один из них быстро надел на задержанного наручники, а второй удивленно посмотрел на Эйлин.
В памяти неожиданно всплыли лица пострадавших, которых ей приходилось видеть за время службы: раненые солдаты, жертвы теракта, избитые жители города.
Впервые за всё время она поймала себя на странной мысли.
Ей совершенно не было жалко человека, который только что лежал на земле, крича от боли которую причиняла сама же Эйлин.
Эта мысль быстро исчезла, уступив место привычному спокойствию и окончанию ситуации.
Но именно тогда Эйлин впервые заметила, что к преступникам начинает относиться иначе, чем к остальным людям. Она по-прежнему считала, что каждый заслуживает справедливого суда. Однако всё чаще замечала, что во время задержаний не испытывает ни малейшего сочувствия к тем, кто сознательно причинял боль другим.

Во время службы в патруле Эйлин замечает, что один из старших сотрудников отпускает задержанного торговца после короткого разговора. Позже она понимает, что дело не в недостатке доказательств.
После оформления происшествия Эйлин ожидала, что задержанного сопроводят в штаб. Однако один из старших сотрудников неожиданно отвёл мужчину в сторону. Их разговор длился всего несколько минут, после чего торговец спокойно покинул место происшествия, а в журнале появилась запись: “Подозрения не подтвердились”
— Господин сержант, а почему его отпустили? Улик ведь было достаточно.
Сержант даже не поднял голову от бумаг, продолжая перебирать купюры выпадающие из папки.
— Не все вопросы нужно задавать вслух, Корвус. — грубо ответил Сержант.
Это заставляет Эйлин задуматься. Коррупция, так при чем и настолько наглая? К сожалению Корвус не могла ничего сказать сержанту, а тем более пожаловаться не менее коррумпированной верхушке.

К концу года ей впервые доверили самостоятельно провести проверку по небольшому делу о мошенничестве на городском рынке. Несколько торговцев обвиняли друг друга в подмене товара и незаконном получении денег. Эйлин последовательно опросила всех участников, сравнила их показания с записями в торговых книгах и установила, что причиной конфликта стала ошибка при оформлении поставки, которой один из продавцов попытался воспользоваться в свою пользу. После проверки она самостоятельно составила материалы дела и передала их старшему следователю.
Тот внимательно прочитал документы, сделал несколько небольших исправлений в формулировках и протянул папку обратно.
— Уже гораздо лучше, Корвус.
Прошло несколько недель. В один из дней Эйлин в срочном порядке вызвал Капитан в свой кабинет. Зайдя в кабинет она присела на привычный стул, а капитан как всегда раскуривал сигареты.
Капитан достал из папки один лист бумаги и молча протянул его девушке.
Эйлин быстро пробежалась глазами по тексту, поняла по оформлению что это приказ означающий ее перевод.
— Господин капитан... — девушка на мгновение подняла взгляд. — Разрешите вопрос?
— Конечно разрешаю, каков вопрос?
— Почему именно я?
Капитан спокойно откинулся на спинку кресла, попутно скидывая пепел в пепельницу.
— Потому что в Тросте нужны люди, которые сначала думают, а потом делают выводы. Положение тяжелое там, понимаешь.
В комнате нависла тишина, запах сигарет вновь окутал комнату.
— Эрмрих стал для тебя хорошей школой. Но если останешься здесь, перестанешь развиваться и сольешься с массой.
Эйлин молча кивнула, явно понимая про что говорит капитан.
— Благодарю за доверие, господин капитан.
Получив подписанный приказ, девушка покинула кабинет и ещё долго стояла во внутреннем дворе штаба. Именно здесь её ждала повозка, которая имела один путь прямиком в Трост.

[alwnsdie]

Глава VIII. Поступление в Трост.

Дорога до Троста заняла несколько дней. За это время Эйлин успела не раз перечитать приказ о переводе, мысленно представляя, какой окажется её новая служба. Покидая Эрмрих, она оставляла позади город, где выросла, окончила кадетский корпус и сделала первые шаги в роли следователя. Теперь её ожидал совсем другой уровень ответственности.
Штаб Военной полиции Троста заметно отличался от того, к которому она привыкла. Уже с самого утра во дворе находились десятки военнослужащих, непрерывно прибывали патрули, посыльные переносили документы между отделами, а возле входа стояли задержанные под охраной. Работа здесь практически не прекращалась ни днём, ни ночью.
После регистрации Эйлин проводили к местному командиру по штабу. Тот быстро ознакомился с её личным делом, ненадолго задержав взгляд на характеристике из Эрмриха.
— Корвус... ОССИ Эрмриха?
— Так точно.

Командир призадумался смотря на Эйлин и сходу вспомнил Акву, который когда-то тоже служил под его начинанием.
— Хорошие рекомендации. Твой отец тоже служил у нас, надеюсь ты не подведешь наши ожидания.
— Только сразу предупрежу. Это не Эрмрих. Здесь у нас по несколько происшествий за день. Если не умеешь быстро принимать решения долго у нас не задержишься.
— Постараюсь оправдать доверие, товарищ майор!

— Не постараешься. Либо оправдаешь, либо нет. Все довольно таки просто.
После оформления документов девушку проводили в кабинет Отряда Следствия и Судебного Исполнения. Внутри находилось около чуть менее десятка сотрудников, каждый был занят своим делом. Одни составляли рапорты, другие обсуждали материалы расследований, третьи готовились к очередному выезду.
Никто не обратил особого внимания на появление нового сотрудника.
— А ты кто? Новенькая что ли?? — не отрываясь от бумаг, спросил один из следователей.
— Так точно. Рядовой 2-го класса Эйлин Корвус.
— Отлично, Эйлин. Тогда бери папку со стола. Есть дело, по дороге ознакомься.
Не успела Эйлин ответить, как ей в руки уже легло первое дело.
В содержании упоминалась пропажа семьи ремесленников работающих неподалеку от штаба Военной полиции. Предположительный вердикт стоял что похищение.
— Выезд через 20 минут, готовься.
Она быстро открыла папку и пока группа направлялась к конюшням, внимательно изучала показания свидетелей, схему дома и предварительный рапорт патрульных. В тот момент Эйлин окончательно поняла, насколько отличается служба в Тросте. Здесь никто не собирался обучать её с нуля или постепенно вводить в курс дела. Каждый сотрудник должен был быть готов приступить к расследованию сразу после получения приказа.

Следственная группа прибыла к небольшому заброшенному дому около штаба ближе к вечеру. Согласно показаниям свидетелей, именно здесь в последний раз видели пропавшую семью ремесленников. Дом выглядел покинутым. Окна забиты, крыша обваливается, дверь кое-как держится.
Старший следователь жестом остановил группу и зачитал приказ.
— Работаем осторожно. Если они действительно здесь, действуем только по моей команде. Всем все ясно?

— Так точно! - разом ответили все солдаты.
Военнослужащие разделились на две группы, постепенно окружая здание и ища зацепки.
Эйлин вместе с двумя сотрудниками ОССИ заняла позицию возле бокового входа. Она внимательно осматривала окна, пытаясь заметить малейшее движение либо услышать шорох.

Тишина длилась недолго, из дома послышались шаги и один крик.

— СТРЕЛЯЙ ПО МЕНТАМ!
После крика прозвучала серия выстрелов.
— Контакт! — крикнул один из полицейских.
Дверь распахнулась и из неё выбежал вооружённый мужчина. Не успев сделать и нескольких шагов, он вскинул мушкет и открыл огонь по ближайшим сотрудникам Военной полиции.
Первые пули заставили бойцов укрыться за каменной оградой и телегой, стоявшей неподалёку.
— Они вооружены! Их много! — выкрикнул один из солдат.
— Не дать им прорваться! — прокричал старший следователь.
Из окон дома практически одновременно начали стрелять ещё двое преступников. Было очевидно, что они заранее подготовили оборону и ожидали возможного появления полиции. Военная полиция попала в настоящую ловушку.
Эйлин прижалась к углу каменной стены, быстро оценивая обстановку. Преступники удерживали выгодные позиции, а открытый двор не позволял безопасно приблизиться к дому.
— Корвус! — окликнул её старший следователь. — Видишь окно второго этажа?
— Вижу! — ответила Эйлин.
— Прижми их огнём! Живее!
Эйлин высунулась всего на мгновение и произвела выстрел в радиус окон.
Пуля разбила оконную раму, заставив стрелка внутри мгновенно укрыться.
Пользуясь несколькими секундами, двое сотрудников перебежали к ближайшему сараю, значительно сократив расстояние до дома и заняли удобные позиции.
Преступники тоже не ждали и открыли повторный огонь.
Один из полицейских получил ранение в плечо и был вынужден отползти обратно.

— Я РАНЕН!
Понимая, что преступникам нельзя позволить свободно покинуть дом, Эйлин вновь заняла позицию у стены. Заметив движение в одном из окон, она задержала дыхание, дождалась нужного момента и нажала на спусковой крючок вновь по радиусу окон.
Выстрел оказался точным. Пуля осадила его плечо и кажись вылетела на вылет.
Вооружённый мужчина резко отшатнулся назад, выронив мушкет и скрывшись из поля зрения.
Этого оказалось достаточно, чтобы остальные сотрудники смогли приблизиться ещё на несколько метров и вывести из-под огня раненого товарища.
Из задней части дома неожиданно показались ещё несколько вооружённых сообщников. Их оказалось значительно больше, чем предполагалось первоначально.
— Отходим! — скомандовал старший следователь.
Военная полиция начала организованно отступать, продолжая вести ответный огонь находясь на ходу.
Эйлин с одной из групп прикрывала отход, начав стрельбу.
Она успела сделать ещё один прицельный выстрел, заставив противников вновь укрыться, однако в этот момент прозвучал громкий хлопок мушкета.
Резкая, обжигающая боль пронзила левую ногу. Преступник специально выцелил ее и произвел точечный выстрел.
Пуля очень быстро пробила бедро и вылетело на вылет.
Девушка пошатнулась и рухнула на одно колено. Кровотечение осадила ее бедро.
Нога практически сразу перестала слушаться, Эйлин упала на холодный пол лишь держась руками за рану и крича от боли.
Двое сотрудников произвели залп и шустро подбежали к ней, быстро подхватили под руки и начали отходить к безопасной позиции.
К тому моменту преступники уже воспользовались замешательством полиции и скрылись через заранее подготовленный путь отхода, оставив дом практически пустым.
Пропавшую семью обнаружить не удалось, нескольким преступникам удалось уйти, а Военная полиция понесла первые серьёзные потери, включая нескольких раненых. Группа смогла успешно эвакуироваться и доставить раненных к штабу.

Разум Эйлин рассеивался, она не понимала свои чувства. Гнев на преступников которые ранили на нее, либо страх за жизнь?

— Ч-что со мной… Помогите… — шептала про себя Эйлин.
Уже в полевом лазарете хирург начал операцию. Несколько часов хирург оказывал помощь девушке. Эйлин повезло, ведь хирург имел огромный стаж в медицине и смог безопасно устранить следы выстрела и оказать помощь. Установилось после операции что пуля прошла лишь по тканям, не задев кость. Корвус была отправлена в лазарет на длительное время на восстановление своей ноги.
Лёжа на больничной койке, она долго смотрела в потолок, вновь и вновь прокручивая события того дня. Впервые за время службы она почувствовала не только боль от полученного ранения, но и горечь поражения. Они сделали всё, что могли, однако этого оказалось недостаточно. Именно тогда Эйлин окончательно поняла что работа следователя редко заканчивается победой.